– Никто не знает, Настюш, как происходят такие дела, – помолчав, ответил ей тихим голосом Максим. – Что-то там, наверху, решается помимо нашей воли, и вот вам нате. Померанцев сказал как-то: «Бог думает о нас не нашим умом».
– Господь управил, вот и все, – кивая, согласилась с ним Захаровна.
Максим высвободил свою руку из Настиного захвата, обнял ее за плечи, прижал к себе и поцеловал в висок. А потом другой рукой обнял и Захаровну.
– Получилось, и хорошо, а как – мы расследовать не станем, – произнес он бодрым тоном. – Просто так теперь и будем жить дальше.
И в этот момент, когда сверкнул последний нежный сполох и погасли краски на небосводе, вдруг звонко и радостно защебетала какая-то птица, словно благодарила за прожитый прекрасный божий день.
Наверное, кого-то там, наверху.