Мужчина в светлой куртке лежал на тротуаре без движения. Вадим медленно вылез из машины и, подойдя к нему, перевернул его на спину. Тот еще был жив, поскольку издал едва слышимый стон. Вадим с ужасом поглядел на лежащего перед ним мужчину: и спина, и грудь несчастного были залиты кровью. Ганошников никогда не служил в армии и понятия не имел, что стоит за медицинским термином «ранение, несовместимое с жизнью». Но, глядя на пропитанную кровью куртку раненого, подумал, что, видимо, это и есть тот самый случай. И тут он с удивлением увидел, что пострадавший открыл глаза и, посмотрев на Вадима мутным взглядом и зашевелив губами, произнес еле слышно: – Не получилось… Они составили список… – Раненый, видимо, собрав последние силы, добавил более твердым голосом: – Папка с документами… Ящик двадцать восемь… Силы покинули раненого, и он закрыл глаза, голова его склонилась набок. Ганошников, ничего не понимая, выслушал речь мужчины. Он огляделся по сторонам и увидел, что из бара высунулся швейцар, испуганно глядя на Вадима и раненого. – Что встал?! – неожиданно даже для себя заорал на него Вадим. – Быстро зови помощь! Не видишь, что здесь раненый лежит! Когда швейцар скрылся в дверях бара, Вадим подумал: «Господи, ну я и вляпался. Зачем мне все это надо?» Ганошников огляделся по сторонам – редкие прохожие, пережив шок от увиденного, неуверенно потянулись к месту, где лежал раненый. Неожиданно Вадим принял решение: «Надо сматываться отсюда… Общение с ментами, протоколы, допросы – все это мне совершенно не нужно. Еще неизвестно, что за всем этим стоит, и, не дай бог, еще и ко мне стрелков подошлют, как к свидетелю». Он выпрямился и быстрым шагом пошел к своей машине, мотор которой продолжал работать все это время. Через несколько секунд «Форд», управляемый Ганошниковым, сорвался с места и на высокой скорости помчался по улице, навстречу вою милицейских сирен. * * * Потапов в сопровождении охраны вышел на улицу уже в тот момент, когда к бару приехали несколько милицейских машин и машина «Скорой помощи». Сергей взглянул на лежащего на асфальте мужчину. Пристально разглядев его, Потапов подумал про себя: «Это именно тот человек, с которым я должен был сегодня встретиться». Мужчина, звонивший ему днем, сообщил свои приметы: среднего роста, темноволосый, коротко стриженный. На нем должна быть надета светло-бежевая короткая куртка. Сергей увидел, как склонившиеся над телом врачи поднялись с колен и, посмотрев на стоящего рядом с ними майора милиции, покачали головами. – Все кончено, – констатировал один из них. Потапов еще некоторое время стоял в толпе, наблюдая за работой милиции, после чего шепнул что-то одному из своих телохранителей, покинул место убийства и отправился к поджидавшему его недалеко от входа в бар черному джипу «Гранд Чероки». Усевшись на пассажирское сиденье, Сергей обратился к своему шоферу – пожилому крупному мужчине с почти лысой головой: – Терентьич, ты видел, как все это произошло? – Честно говоря, не очень, – ответил шофер.
– Я услышал выстрелы, стреляли раза три-четыре. Увидел, как упал этот парень, а потом – как по улице летит, удаляясь от меня, какая-то иномарка. Машин много, я ее не очень разглядел, но, по-моему, это был «Опель». Терентьич помолчал, затем добавил: – Потом к мужику, который упал, подошел какой-то парень. Он посмотрел на раненого, крикнул швейцару, чтобы тот вызвал «Скорую», а сам прыгнул в свой «Форд» и укатил. – На соучастника не похож, – резюмировал Потапов. К машине подошел охранник и, открыв дверь, произнес, обращаясь к Потапову: – Я все передал. Он сейчас подойдет. Потапов удовлетворенно кивнул. Он еще некоторое время сидел в машине, наблюдая за толпой, как вдруг его внимание привлекла остановившаяся недалеко от входа в бар белая «Волга». Из нее вышли три человека, одетых в штатское, и уверенной походкой направились к месту убийства. Пробравшись сквозь толпу, один из приехавших, мужчина средних лет в темном костюме, подошел к майору милиции и, вынув из кармана удостоверение, предъявил его милиционеру. К этому времени тело убитого, положив на носилки, загрузили в машину. Милиционеры продолжали опрашивать немногочисленных свидетелей, составляя протоколы. Еще через некоторое время Потапов увидел, как майор милиции направился в его сторону. Подойдя к машине, милиционер открыл заднюю дверь и плюхнулся на сиденье. – Привет, Сергей. – Здорово, Виталий, – протянул ему руку Потапов. Майор милиции Виталий Горчаков работал в должности замначальника городского уголовного розыска. Виталий уже много лет дружил с Сергеем и оказывал ему всевозможную помощь, пользуясь своим служебным положением. Однако делал он это не совсем бескорыстно. Дружба с таким человеком обходилась Потапову в определенную сумму, которую он регулярно передавал «своему» милиционеру. – Ты здесь как, случайно или по делу? – спросил Потапова Горчаков. – По делу, но несостоявшемуся, – после некоторой паузы ответил Потапов, глядя на уезжающий «воронок», в котором увозили убитого. Живые, веселые глазки Горчакова на секунду застыли, когда он увидел, в каком направлении смотрит Потапов. – Ты хочешь сказать, – спросил Горчаков, – что это он с тобой на встречу шел? – Да. Судя по всему, именно с этим человеком у меня была назначена встреча. – Не понял, – удивился Горчаков, – ты что, его не знаешь? – Абсолютно, – ответил Потапов. – Первый раз я его увидел уже мертвым. Это он мне сегодня звонил и предложил встретиться, описав свою внешность, которая один к одному совпадает с внешностью убитого. Время, в которое он появился у дверей бара, как раз подтверждает, что это он. – А что он еще тебе сказал по телефону? – спросил Горчаков Потапова. – Он сказал, что готов поделиться со мной информацией на интересующую меня тему. Речь шла о нефтяной компании «Сатойл». На завтра назначено заседание акционеров этой компании. И в ее правлении, и среди акционеров существуют серьезные противоречия, и любая информация на эту тему может иметь для меня большое значение. – Интересно, – задумчиво проговорил Горчаков.