Потом за чаепитием разговорились, оказалось, что Ирина ученая, археолог. Объездила свыше семидесяти стран. И с таким воодушевлением о работе рассказывала, что мой папа решил совместить командировку с погружением в мир археологов.
Как папа совмещал, можно догадаться. Вернувшись, объявил о невесте!
А начиналось все с тортика, за который мне стыдно перед брюнетом.
Они бы еще долго говорили-говорили. Родственные души же, есть о чем. Целый месяц знакомы.
Но вот на телефон Ирины звонит ее сын. Он подъехал и выясняет, куда подниматься. Мама ему объясняет, продолжая любоваться совятами.
Достаю и для парня подарок. Философский. Придет, сразу вручу.
Я еще подготовила темы для разговора с Жаном. В основном об учебе можно затрагивать, раз он умный студент. Дополнительно пройдусь по его любимым в городе местам. Если разговорится, тема путешествий поможет. Легкая беседа нужна, чтобы мы продержались тут с влюбленными родителями.
Папа идет открывать, как хозяин. Ну это я толкнула, мне неудобно так сразу с сыном его невесты столкнуться.
Решила сегодня быть скромной и милой. Хочу Ирине понравиться, папку не подвести. Надела нежное платье пудрового оттенка. При том, что я люблю четкие и яркие цвета, свободный стиль Гранж, и на платья соглашаюсь по особенным случаям.
Сегодня именно такой!
— Спасибо, я быстро дорогу нашел. Леонид, это вам, — что-то дарит и голос подозрительно знакомый…
— Не купил наш символический с Лёней торт? Ты же заказывал, — кажется, с мамой разборки.
— Они ошиблись, программа висела. Принес другой, сказали тоже вкусный.
— Ладно, ничего. Проходи знакомиться.
— Да, вообще не парься, Жан. Наше племя всеядное, — это папа под молодежный стиль подстроиться пытается.
Они заходят в столовую. С книгой стою, перевязанной красной ленточкой.
По мере того, как глаза мои открываются шире и шире, руки опускаются. Книга выпадает.
Вы кого привели?
Где умный, где порядочный сын Ирины???
Передо мной высоченный и смуглый с горбинкой на носу тот самый брюнет из кондитерской.
— За деньгами?
Мой испуганный приглушенный возглас, на счастье перебивает бойким голосом Ирина. У нее отлично поставленный голос. Натренированный горами и пустынями.
— Евочка, познакомься, это мой сын Жан от первого мужа-француза. Так что не удивляйся его особенностям.
— Мам, ну зачем, — сверлит меня глазищами гость, чтоб ему.
— Просто уточняю, что ты не только в занудстве особенный, — простая женщина, такая и во всем. — Жан, это Ева. Единственная доченька Лёни. Будь обязательно вежливым. Девочка милая и скромная.
— Угу, ангелок, — мычит сынуля, готовый сожрать меня раньше застолья.
— И моя доча выручила всех, торт Шварцвальд привезла свежайший, — папа думал, что помогает.
Как же он ошибался…
— Ева, вот тебе спасибо, так выручила, так спасла, — издевается (точно-точно) затаивший обиду парень.
— Мне было несложно, — невинно улыбаюсь нашим родителям.
Время подарков. Жан протягивает мне картонный пакет с куклой в коробке и киндерами.
А что еще покупать Булочке, если папа ее так называет невесте?
Я поднимаю с пола и протягиваю, действительно, стоящую книгу. Жан снисходительно хмыкает, как тогда в кондитерской.