забрать. Сказал девчонке, что это может понадобиться консьержке для доказательства, что я не
просто левый хрен пойми кто. Про паспорт Света, конечно, не пишет, зато про свои вещи
подробно и со знанием дела.
Её мать хмурится, читая это.
— И что, ты поедешь в Пермь? — как-то резко переходит на «ты». — Чтобы просто отвезти ей
вещи? С чего бы?
— С того, что она во всём может теперь на меня положиться и должна это понимать, — уверяю
твёрдо. — Как и вы.
— Хм, — женщина чуть смягчается, но всё равно я ей явно не нравлюсь. — Не знаю, что там у
них с Ванюшей произошло, но ты явно после первой же их ссоры сразу подсуетился, друг
называется. А она тоже хороша…
— Он её не достоин, — припечатываю резче, чем должен бы. — И если бы вы знали правду,
наверняка посчитали бы так же. Если, конечно, любите дочь.
Знаю, что жёстковато говорю. Просто это ебучее «Ванюша» режет уши. Как и то, что мать Светы
завуалированно обвиняет дочь в любых грешках её парня. Он типа святой, или что?
— А ты, значит, достоин?
— В отличие от него, я хотя бы стремлюсь к этому, — и сам не ожидал, что так легко это
скажу.
А потом ещё и осознаю-приму как факт. Перемены — это ведь иногда необходимость. И ножевая
рана как бы намекала на разделение жизни на до и после.
Да, я занимался полезным делом… Но точно ли хочу продолжать? Как-то уже давно нет
адреналина.
Мать Светы смотрит на меня пристальнее и немного иначе, без такого недовольства, хоть и с
подозрительностью. Но, кажется, всё-таки чувствует, что я всерьёз.
Молча отступает, пропуская меня в квартиру.
Глава 14. Семён
Я впервые в комнате Светы. Заходим мы сюда с её матерью вместе, и она даже помогает мне
идти по списку, который скинула девчонка. И это то ещё напряжение…
Не из-за разговоров — они как-то попроще становятся. Особенно когда мать Светы понимает,
что я в курсе состояния бабушки и многих других дел. Видимо, это её окончательно убеждает,
что я типа как помогаю девчонке сейчас. Хотя на самом деле…
Ладно, неважно, откуда у меня все эти знания. Теперь-то всё будет иначе. Перед Светой
разрулю всё, а её матери лучше не знать, а то снова про «Ванюшу» вспомнит.
Так вот, её присутствие в комнате пиздец как напрягает именно опасностью, что я либо не
смогу незаметно стащить паспорт девчонки, либо у меня вообще не будет шансов сделать это.
Так цепко на меня смотрит эта женщина… Прям ни один мой жест не пропускает взглядом. У неё
что, чуйка какая-то, что я принимал участие в ограблении? Пусть и необходимом.
Вряд ли Света рассказывала и описывала меня при этом… Но доверия я явно не заслуживаю.
Точно знаю — ведь периодически пытаюсь отвлечь эту женщину чем-то ещё: то прошу водички, то
предлагаю разделиться в сборе вещей. На оба предложения получаю отказы — воды питьевой у них
нет, а в раздельном сборе типа запутаться можно.
Предлагать что-то ещё будет уже палевно — точно выдам, что хочу остаться тут один. Скорее
мать Светы ещё подозрительнее станет. И так я не в милости.
Ладно, потом что-нибудь придумаю. Пока даю себе минутки на то, чтобы кайфануть от самого