– Не прикасайся! – заревел Баер. – Так решили боги! Твоей девке не место среди нас!
– Скажи еще хоть слово о Лире, и будешь молить о смерти! – взревел я, хватая ублюдка за горло и резко встряхивая.
Слуха коснулись отвратительные хрипы, когда человек стал задыхаться, дергаясь в моих руках, но отпускать его так легко я не собирался.
Ничто не могло залечить мою рану, ничто не могло облегчить боль, ничто не могло вернуть Лиру.
Швырнув готара в стену, вновь направился к нему, попутно подхватывая топор, торчащий из полена рядом с кучей дров.
– Тебе нельзя причинять вред своему народу! Кратос это не одобрит! – вжимаясь в стену, заблеял Баер, будто не понимал, что только что сотворил. – Ты, асур, спутал себя с богом! И он покарал тебя через меня!
– Так пусть спустится и сам расскажет, что еще мне нельзя делать!
Теперь уже в смертника полетел топор, врезаясь в руку, которой он нанес Лире смертельную рану.
Готар взревел, прижимая к себе истекающую кровью культю, а его ладонь так и осталась лежать на промерзшей земле возле топора.
Периферийным зрением замечал, как у ворот собирается народ, но мне было все равно до того момента, пока из-за домов не показался Давир с мертвой девушкой на руках.
От ее неподвижности стало еще хуже. Молнии одна за одной врезались в богослова, вот только они не причиняли ему вреда. Это гнида скулила из-за руки, пытаясь отползти от меня все дальше.
– Так было надо! Так велели боги! – одержимо выл он. – Все должно быть как прежде! Лишь тогда мы придем к равновесию!
– Я покажу тебе равновесие! – зарычал я, и подхватив топор, нанес тупой стороной еще один удар, по коленной чашечке, которая раскрошилась с характерным хрустом.
Не хотел эту тварь так быстро убивать, но и не мог придумать, как заставить его мучиться сильнее.
– Видар! – раздался за спиной голос Давира. – Хватит! Это не поможет!
– Он должен понести наказание! – не оборачиваясь, я смотрел на ползущего по снегу ублюдка, за которым тянулся кровавый след.
– Баер свое получит! – надломленным голосом ответил парень. – Ты убьешь его быстро… А он этого не заслуживает.
Только теперь я перевел взгляд на того, кого вырастил. Он так же бережно прижимал к себе девушку, а по его рубашке растекся кровавый след.
Обессиленно опустив руки, я вновь вернул внимание Баеру, которого окружили люди, не позволяя улизнуть.
– Лендрманнов, что были с ним в сговоре, предлагаю повесить. А этого ублюдка в клетке подвесим на ближайшей скале. Пусть хоть птицы составят ему компанию!
Несколько мгновений я не двигаясь смотрел на готара, вжимающегося в ноги преградивших ему путь людей.
Мне хотелось лишить его жизни самостоятельно, но Давир был прав. Слишком быстро!
– Прикуем к скале без клетки и без одежды! – в итоге заговорил я. – Моя кровь не даст ему замерзнуть на смерть! А птицам будет чем поживиться! Тащите его! Я сейчас присоединюсь!
Забрав у Давира Лиру, я бережно прижал ее к себе и молча направился на гору. Лишь когда все любопытные остались далеко позади, а за моей спиной закрылась дверь нашей спальни, вновь позволил чувствам поглотить меня.