Вокруг моей личности десятки лет курсировало много слухов, и, мне кажется, пришло время расставить все точки над i. У меня большие планы на ближайшие годы, и эти мемуары положат начало новому пути. Пока Карла говорила, в воздухе сгущалось напряжение. – Так что давайте наверстаем упущенное и поскорее начнем. – Она хлопнула в ладоши. Мы выглядели растерянными. И Макс уточнил: – Карла сейчас проведет с вами индивидуальные собеседования. Мы хором ахнули. – Джульетта, – продолжил он, – ваше присутствие более нежелательно. Вы можете паковаться, и я позабочусь, чтобы вас отвезли на станцию. – Что? – пискнула она. – Я не стану позорить вас подробностями этого решения. Прошу вас покинуть виллу прежде, чем мне придется вас выпроводить. Карла кокетливо засмеялась и, глядя на Джульетту, подняла брови. Кажется, она была ничуть не удивлена. – Всех вам благ, ma belle [34] , – произнесла Карла, когда Джульетта, пошатываясь, поплелась к своей комнате. Карла повернулась к нам снова: – Итак, остальных я жду в своем кабинете. Макс, оставляю тебя за главного. Он коротко кивнул. Карла поспешила прочь, и мы смотрели ей вслед. Она оставила нас в волнении. Оставила нас в руках Макса, который, словно фокусник, извлек свою папку для бумаг из небытия и приготовился решать нашу судьбу. Глава 25 Второй выбывший – Джульетта «Oh mon dieu [35] , как мне это пережить?» – думала Джульетта, собирая свои вещи. С тех пор как Карла прибыла на виллу, все пошло кувырком. У нее даже не было возможности как следует себя показать на собеседовании! Ну и что с того, что она пописала под кустом? Бальтазар тоже так сделал. Джульетта точно не знала, то ли публичное справление нужды, то ли тот факт, что она за пару минут до прибытия вертолета целовала Бальтазара, привело к ее исключению. Джульетта понимала, что Карла требует преданности. Преданности и красивых мужчин. Но она и предположить не могла, что Карла скорее исключит женщину за ту же провинность, чем красивого мужчину. Обдумывая сложившуюся ситуацию, Джульетта убедила себя, что причиной, по которой Карла ее выгнала, была зависть. Что Карла почувствовала в ней угрозу. До этого момента Джульетта не знала, что Карла такая старомодная. Она ожидала, что Карла будет вдохновлять женщин вокруг себя, а не изничтожать их. Придя к твердому выводу, что Карла – просто завистливая тетка, Джульетта окрылилась. Ей уже не было так стыдно. – Женщины вроде меня в ближайшие годы выйдут в авангард, а такие, как Карла, будут глотать пыль, летящую из-под наших ног, – возвестила она в пустоту комнаты. И, высоко подняв голову, Джульетта покинула виллу – в облаке заблуждений и удивительно хорошем настроении. Глава 26 Шеф-повар во плоти – Генри Я не сильно удивился появлению Карлы на вертолете. Наверное, я был сбит с толку, и все же я ожидал от нее чего-то подобного. Карла Дури любила держать людей в тонусе. Она без предупреждения могла нагрянуть на кухню ресторана или, замаскировавшись под простого посетителя, поужинать в своем же заведении.
Я был ослеплен ложным чувством защищенности, предположением, что по крайней мере до утра мы в безопасности. Et, non! [36] Карла скрылась в своем офисе, оставив нас на попечение своего соглядатая Макса; мы могли лишь гадать, как будет проходить долгожданное интервью. Я уже жалел, что придумал такую потрясающую винную карту на ужин, потому что, несмотря на все мои намерения, я был слегка пьян. Меня утешало лишь то, что я был не единственным подшофе. Макс озвучил порядок собеседуемых, и ко мне вернулась надежда. – Бальтазар… Белль… Генри… Хлои. Наверняка нас выстроили в случайном порядке, но я был рад, что не стал первым, особенно после внезапного отъезда Джульетты. Я не хотел идти на собеседование прежде, чем узнаю, почему именно ее отправили домой. Мне нужно было время, чтобы узнать о ее ошибках и сделать из них выводы. Джульетту отправили домой, но, помимо этого, Карла намедни уволила нескольких поваров в своем ресторане. Это что-то значило, я просто еще не понял, что именно. В сопровождении Макса Бальтазар быстрым шагом направился в дом. Судя по его виду, он не нервничал, просто был готов действовать. Его уверенность породила во мне вопрос: он подозревал, что Карла может прибыть в любой момент? За ужином я не видел, чтобы он много пил, и теперь он казался вполне трезвым. Возможно, он был умнее, чем мне казалось. Мы с Белль и Хлои остались на террасе. Мы заказали кофе у простаивающих без дела официантов и налегли на чистую воду. Я хотел было пересесть подальше от девочек, чтобы собраться перед собеседованием, но не смог устоять перед искушением поговорить с Хлои. Она выглядела взволнованной. Мне хотелось по мере возможности развеять ее страхи. Я чувствовал себя виноватым. Я придумал меню, включающее сильно алкогольный коктейль, который, как я знал, ей понравится. И если теперь она была пьяна, то в этом отчасти была и моя вина. Казалось, Белль не смущена внезапным прибытием Карлы, она восприняла это как должное. Черт бы побрал этих самоуверенных калифорнийских девчонок. Моя мать была американкой, но я так и не унаследовал типичное для американцев беззаботное отношение к жизни. Можно вывезти мужчину из Парижа, но Париж из мужчины не вывезти. – Какого черта случилось с Джульеттой? – наконец спросила Хлои. – Это было жестко! – воскликнула Белль. – Не судите меня строго, но мне кажется, кто-то из охранников застукал, как она писает в саду. Я слышала, как это обсуждали официанты. Если честно, мне кажется, здесь повсюду глаза и уши. Вспомнив наш разговор с Кристофером, я чуть не подавился кофе. – Думаешь, ее поэтому исключили? – спросила Хлои, в чьем голосе сквозило и любопытство, и страх одновременно. – Не могу представить себе писающую в саду Джульетту. – Образ у нее куда более гламурный, – согласилась Белль. – Хотя она выпила больше коктейлей, чем мы все вместе взятые. Это при ее-то комплекции. Бальтазар, конечно, был с ней, но остался непойманным. Очередной плюс писающим стоя мальчикам, – заметила она.
