не спасла. Почему?
― Кип! – Исольда закатила глаза и снисходительно рассмеялась, как над дурачком.
– Ты так веришь в простую любовь? В эту примитивную человеческую сказочку?
Мы ведь могли разлюбить друг друга, страсть бы исчезла, и что тогда? Второго
пузырька-то нет! Я не собиралась лишать себя надежды на истинное счастье,
мне было интересно, каково это, и повезло узнать.
― Но ты лишила этого меня, чтобы ждал тебя всю жизнь…
― Я думала не только о себе, вообще-то. Вико нужен был отец, а твоя истинная
пара могла его не принять, как мой муж. И что было бы с нашим сыном? –
Исольда то ли правда была так глупа, то ли отлично изображала дуру, но
говорила с чувством собственной правоты.
― Ты могла разрушить связь с истинным, чтобы самой остаться с Вико…
― Нет, вообще-то, – перебила она бывшего мужа. – Когда пара найдена, зелье уже
не сработает. Ты вечно во всём обвиняешь меня! А я сделала то, что считала
правильным.
Мне была омерзительна её циничная самоуверенность, Киприан смотрел на бывшую с
отвращением, и даже Вико понял, что сотворила его мать.
― Правильно, чтобы папа был несчастный всю жизнь? – тихо спросил он. – Ты
видела, как ему плохо, и не пожалела его?.. Уходи, – еле слышно проговорил
он, глядя на мать потухшими глазами. – Ты нам не нужна.
― Вико, но разве ты не хотел бы когда-то снова быть со мной? – Исольда говорила
ласково, а казалось, змея шипела.
― Нет, – глухо ответил он, подошёл, встал между мной и отцом, и взял нас за
руки: – У меня теперь другая семья.
Белобрысая растерялась, её привычные манипуляции не работали, а Киприан криво
усмехнулся.
― Похоже, ты всё же проиграла, Соль. Ты измывалась над нашим сыном, пока не
стала ему не нужна. И я не буду ждать тебя всю жизнь, как ты хотела, а ещё
тебе придётся жить, зная, что тебя обошла человечка, – он взял мою кружку и
показал побледневшей бывшей. – Вот то, что ты принесла мне. А я пил из
кружки Яны, и туда ты ничего подлить не успела, как показало простое
заклинание. Но даже если бы тебе удалось провернуть этот фокус, я сразу
улетел бы в столицу, чтобы снова разорвать связь с искрой. У тебя был всего
лишь флакончик пойла, а есть драконы, знающие, как это делается, и я научусь
у них, чтобы ни ты, ни кто-то ещё не мог вот так влезть в мою семью и
нагадить. Я не стану игрушкой в руках магии, и сам выберу, с кем мне жить и
кого любить. Уже выбрал. И это не ты.
Исольда пошла красными пятнами, на красивой роже снова проступили чешуйки, а
бывший муж подошёл к ней и выволок из-за стола.
― Улетай и не возвращайся, – процедил он, – если не хочешь, чтобы твой муж
узнал об этом «милом» плане. Уверен, ему будет интересно послушать, как ты
собиралась «скорбеть» о нём после его смерти. И запомни, я прощаю тебя
только ради Вико, с него уже хватит боли. Но на этом всё. Выкинешь ещё
что-то, и узнаешь, что и «добряка» можно довести. Я устрою такой скандал,
что не отмоешься. А разве не скандалов больше всего боится твой истинный? Я
отравлю тебе жизнь, если не оставишь нас в покое. С этого дня можешь
начинать меня бояться.