Не потому ли, что в нашу последнюю встречу он угрожал убить меня, чтобы выбраться из погреба? – Да почему ж ты мне мерещишься? – простонала я. – Зачем мучаешь? – Сколь же крови она потеряла, пока ты ее сюда вез? – прорычал Тристан. – Несет бред. Пульс зашкаливает. – Болевой шок? – удивленно предположил Радомир. – Еще и собаку приволок! – злился Тристан. – Вели ей войти и закрой дверь! И тут воображаемый мужчина рванул меня к себе. Да так, что нос уперся ему в шею, руки пристроились на его крепкой спине, а изо рта вырвался протяжный стон. В районе лопатки прострелило болью, вероятно, Тристан достал вторую стрелу. После чего мир пошатнулся. Стены переместились на место потолка, очертания гостиной смазались, и я зажмурилась, чтобы не расстаться с нехитрым завтраком. И привидится же такое! Будто вампир заботливо поднял меня на второй этаж и уложил на бархатистое покрывало. Впрочем, открывать глаза я не решалась. Вдруг спугну наваждение? Но, когда почудилось, будто в нос заполз аромат переспелой вишни, а нежные пальцы аккуратно расстегнули испорченную блузку, я все же чуть подсмотрела сквозь маленькую щелочку между ресницами. В голове резко прояснилось, а сердце снова рвануло вскачь! – Тристан? – ошалело удивилась я. Я у него дома! Так почему же решила, что мужчина – всего лишь моя фантазия? Отпрянула и уселась на кровати в той же самой комнате, в которой ночевала прежде, дернула за край покрывала, чтобы спрятать наготу. Несмотря на прикрывающее телеса нижнее белье, чувствовала я себя совершенно голой! Где же ты, Радомир? Обещал загрызть поганца! Но кусалась сегодня только я, за что и поплатилась. Тем временем Тристан мягко сдвинул ткань, плавно наклонил голову, искривил уголок рта и облизнулся. Блеск в его глазах напоминал о первородном Огне, будто то загоралась неуемной жаждой душа вампира. Тристан медленно приблизился, словно опасался меня спугнуть, и нежно поцеловал выступающую ключицу. Я боялась, но не смела пошевелиться, завороженно наблюдая за его действиями. Таким же невесомым поцелуем он коснулся кожи у основания шеи, отправляя сладкие мурашки по всему телу. Затем поднялся выше и проложил дорожку к уголку рта. Я затаила дыхание и приоткрыла губы. Но Тристан резко отшатнулся. – Сними кулон, – потребовал он. А я и не чувствовала, что камень давно разогрелся и жег спину, потому что цепочка перекрутилась. Ведь полагала, что все неприятные ощущения доставляли раны. – И хомяка-бухгальера. – Допьешь? – будничным тоном поинтересовалась я, перетягивая кулон на грудь и пряча его в кулаке. Тристан лишь изумленно приподнял бровь. – В смысле прикончишь меня, чтоб не мучилась. – Залижу маленькую безобидную ранку, как заботливая волчица, – парировал Тристан. – Заживет быстрее. – Не придумал ничего оригинальнее, чтобы сорвать с меня блузку? – Ты разве не замечала, как скоро затягиваются следы от вампирских укусов? Если бы наша слюна не обладала заживляющими свойствами, жертвы умирали бы на месте.
В словах Тристана определенно присутствовала логика, но мне вдруг показалось подобное не проявлением заботы, а вынужденным одолжением. Или… – Чего такого особенного в моей крови? Тристан отпрянул, как от пощечины. В точку! Гадство. Все-таки его интерес ко мне был связан только с особыми свойствами моей крови, которую теперь придется изучать на допотопном оборудовании, ведь из академии с современной лабораторией я сбежала с боем. – Не ответишь? – напомнила я, что все еще жду. – В любом случае сейчас моя кровь отравлена слюной бухгальера. И претендовать на нее – неосмотрительная оплошность. – Думай, как хочешь, Алис-с-са, – снова разозлился Тристан. – Неужели ты совсем не допускаешь мысли, что кто-то умеет проявлять искреннее сострадание и помогать бескорыстно? – Ты не помог, когда я просила вызволить Лизу. – Накануне я вытащил вас обеих из голубятни. – Ты использовал меня в своей игре против Руслана. Да еще и Лиза под руку подвернулась. Ты и не думал нам помогать, ты помогал себе в борьбе против брата, – выдала я, забыв, что вовсе не собиралась выяснять отношения, которых между нами никогда и не было. Были лишь мои фантазии и его интерес к моей особенной крови. – Тогда даже не представляю, охотница, для чего ты явилась в дом вампира? – опасно выплюнул он на пределе слышимости и смерил испепеляющим взглядом. – Куда ты ее дел? – Кого? – Лизу! Конечно, Лизу! – Вернул Кис, как и обещал, – опешил Тристан или мастерски притворился. – Теперь Кис лидер группы. Ребята хоть и взбалмошные, но под стать твоей подружке. У нее дар Ирис, о ней точно позаботятся. – Оближут с ног до головы, как довольные заправские волчицы? – нервно усмехнулась я. Зря. Ох зря! Казалось, Тристан готов разорвать меня на куски. Он навис надо мной скалой, будто вот-вот набросится, несмотря на кулон и бухгальера под волосами. – И кстати, как ты умудрился выпить моей крови в погребе? Кулон чуть не прожег мне дыру на груди! – Ты хотела помочь мне и отдавала кровь добровольно, – рыкнул он сквозь зубы. – Мецтли, взять, – послышалась ровная команда от порога комнаты. Собака прыгнула с места и прихватила вампира за щиколотку. Но Радомир сделал еле заметный жест двумя пальцами, и Мецтли не успела прокусить плоть. – А теперь говори, Тристан, куда спрятал Лизу? Брат нарочито подчеркнул имя, чтобы вампир понял – я сдала его с потрохами. – Вы в моем доме, охотники. Как смеете угрожать? – Лизы нет у Кис, – начала я. – Хватит придуриваться, куда ты утащил девочку? – перебил Радомир. – Или это сделал Руслан? Мецтли! – Он снова неуловимо взмахнул кистью, и собака отпустила вампирскую конечность. – Мы не намерены драться, приехали поговорить. Но лучше не вынуждай. Когда мне кажется, что сестре грозит опасность, я зверею и бью без разбора. – Излишняя бравада, – неопределенно подметил Тристан и затих, подозрительно сдвинув брови. Вампир поочередно переводил взгляд с меня на Радомира и Мецтли, а затем без объяснений ринулся к двери. – Что задумал? – Радомир преградил ему путь, выставив вперед плечо.
