Его ухмылка стала шире, коварнее. — А это твоя дочь, так понимаю? Знаешь, Кемаль, она права. Просто убить тебя будет мало. Я лучше заберу у тебя самое дорогое. Как ты забрал самое дорогое у меня. Я верну тебе твою дочь. Потом. Когда убью ее. Ее тело тебе отдадут, как отдали мне тела моих родителей и сестры, когда я был еще ребенком. Жаль, у тебя больше никого нет. Я бы убил и их. Но так тебе будет больнее. — Прошу, Берсан… Не трогай мою дочь! – отец схватил меня за руку, потащил назад, но я заупрямилась. — Нет, папа! Не трогай! Я поговорю с ними! Отпусти! Дай нам разобраться! — Да. Отпусти ее. Она теперь тебе не принадлежит, — произнес с ухмылкой Керимов и схватил меня за вторую руку. Сильно рванул на себя. Так сильно, что я врезалась в его стальную грудь. Ахнула и попыталась вырваться, но он крепко сжал мое запястье. — Нет! – вскрикнул отец и бросился к нам. – Альмира! Отпусти ее! — Папа! – только и успела пискнуть я перед тем, как отца схватили мужчины в костюмах, а Керимов поволок меня на улицу. — Отпустите меня! Папа! Папочка, помоги! – я смотрела в глаза родного человека, пока меня тащат за руку. Тащил он. Страшный человек, от которого мы скрывались столько лет. Он, глава клана Керимовых, высокий, большой, черноглазый. И там, в его глазах, полыхает неукротимая ярость и гнев. Он пришел, чтобы лишить меня жизни. Пролить мою кровь. Так и закончится вражда наших семей? — Заткнись и прими свою участь! – рычит он и с силой зашвыривает меня на заднее сидение джипа.
Глава 2
Берсан смотрел в зеркало заднего вида на испуганное лицо девчонки, которую только что втолкнул в джип. Ее дрожащие губы, широко распахнутые глаза, полные слез и ужаса, не вызывали в нем никакого сочувствия. Ни капли. Внутри него кипел только гнев… жгучий, всепоглощающий. Это была кровь, кровь его семьи, взывающая к отмщению. Когда-то он обещал себе, что этот день настанет. И вот он наступил. Старейшины клана и тетя со старшей сестрой ждали. Ждали, когда он привезет последнюю, самую ценную жертву. Берсан пришел к их жалкому, обветшалому магазину, где они прятались, словно загнанные крысы. Ему не нужна была кровь старого, потерявшего все Кемаля. Нет. Старый шакал уже получил свое. Он жил в нищете, проклиная каждый день. Но это было недостаточным наказанием. За смерть его матери, отца и малышки Айшат требовалось нечто большее, куда более символичное. Требовалась кровь того, кто был для Кемаля самым дорогим. Его дочери. Воспоминания нахлынули, как холодная волна. Берсану было всего десять, когда мир рухнул. Тот день он помнил во всех деталях. Запах свежего хлеба на завтрак, смех маленькой Айшат, которая гонялась за котом, строгий, но любящий голос отца, мать, напевавшая что-то на кухне, как всегда помогающая прислуге готовить. А потом стрельба. Хаос. Крики. Запах гари и крови. Он спрятался под столом, как приказал отец и оттуда видел, как ворвались незнакомцы в черной одежде и масках. Они пришли не только за отцом. Кемаль, будь он проклят, отдал приказ убить всех. Весь клан Керимовых. Берсан закрыл глаза, сжимая кулаки так, что побелели костяшки. Он до сих пор слышал крик матери, ее последнюю мольбу, когда пуля настигла ее. Видел, как отец рухнул, пытаясь защитить их. Слышал пронзительный плач маленькой Айшат, которая доверчиво высунулась из-за кресла, а потом — тишина. Тяжелая, страшная, оборванная тишина, когда ее маленькое тельце опустилось на пол рядом с матерью. Сквозь пелену горя и отчаяния тогда прорвалось лишь одно. Клятва. Клятва, данная самому себе, на крови своей семьи. Он отомстит. Найдет каждого, кто был причастен к этому. И когда он доберется до Кемаля, он не просто убьет его. Он заберет у него все, что осталось. Все, до последней крошки, до последнего вздоха. И вот, он вез домой свою долгожданную месть. Альмира. Последняя жертва, чтобы закрыть гештальт, как выражались старейшины. Цена за спокойствие клана, за его честь. Глаза Берсана снова скользнули на зеркало заднего вида. — Заткнись и прими свою участь! – повторил он, борясь с болью, возникшей от воспоминаний. Его сердце стало куском льда. Еще тогда, в десять лет. Отмщение было единственным, что вело его вперед столько лет. Альмира была не более чем инструментом. Кровь за кровь. Гибель за гибель. И пусть это будет самая чистая и невинная кровь из всех, что проливалась в этой вражде. Только так он сможет положить конец этому проклятию. Только так он наконец-то почувствует покой, которого был лишен с того страшного дня. Машины летели по уже ночной трассе.