Он проигрывал выборы.
Ещё месяц назад всё складывалось иначе. Граф Вяземский, бывший дипломат с безупречной репутацией, уверенно лидировал в гонке. Опыт, связи, умение договариваться и найти подход к каждому — всё было при нём. Рода тянулись к нему, как к самому очевидному кандидату. Победа казалась вопросом времени.
А потом всё пошло наперекосяк. Один кризис за другим, компромат, разоблачённые интриги…
Теперь на первое место вырвался граф Кутайсов. Солдафон без капли политического чутья, который просто честно делал своё дело — и на фоне остальных кандидатов выглядел безупречным рыцарем.
Люди любят таких. Простых, «своих». Поначалу Кутайсова побаивались и считали слишком прямолинейным. Но затем вдруг оказалось, что эти качества даже плюс.
Вяземский скрипнул зубами. Прямые атаки на генерала ничего не давали. Компромата на Кутайсова почти не было, а тот, что имелся, ломаного гроша не стоил.
Значит, нужно действовать иначе.
Вяземский отвернулся от окна и подошёл к столу. За долгую карьеру дипломата он усвоил одну важную истину: если противника нельзя сломить силой, его нужно перехитрить. Заставить оступиться. Или самому исподтишка плеснуть в него грязью.
И у графа уже созрел план. Точнее, целых два, которые прекрасно дополняли друг друга.
Первый план Игорь Николаевич уже пустил в ход через подставных лиц. Скоро по городу поползёт слух, а следом всплывут и «доказательства»: якобы генерал Кутайсов с самого начала был в сговоре с китайскими триадами. Что те самые наёмники из «Золотого треугольника», которые атаковали Новосибирск, были наняты самим генералом.
Для чего? Да чтобы потом героически их победить.
Вяземский улыбнулся. Ложь, конечно. Однако она объясняла показное геройство генерала, которое он проявил на ступенях Совета родов. Играла на страхах горожан, ещё не отошедших от нападения, и превращала героя в циничного манипулятора.
Доказательства были поддельными, но состряпаны мастерски. Лучшие специалисты, которых можно купить за деньги, постарались на славу. А даже если кто-то и заподозрит подделку — осадок всё равно останется. В политике осадок иногда важнее правды.
Однако этого было мало. Вяземский слишком хорошо понимал: слухи — оружие ненадёжное. Их можно опровергнуть, замять, перекричать.
Нет, чтобы гарантированно свалить генерала, требовалось нечто куда более весомое. Удар, от которого Кутайсов уже не отмоется.
История с «похищением» сына барона Соболева сработала безупречно. Соболев, обезумевший от страха за сына, легко поверил в то, что это якобы провернул Кутайсов.
— Почему бы не повторить хороший приём дважды? — пробормотал Игорь Николаевич себе под нос и ухмыльнулся.
Только на этот раз нужно что-то масштабнее… Такое, чтобы содрогнулся весь город.
Вяземский опустился в кресло. Идея была совершенно чудовищной, но графа это не смущало. На кону стоял княжеский титул. А ради такой добычи он был готов на всё.
Дети — удобная мишень, как он уже убедился. Значит, нужно найти подходящую дворянскую школу… И, например, подмешать в еду в столовой особый эликсир, который вызовет тяжёлое отравление, но подействует не мгновенно.