Пролог. Чужое платье…
Непорочная невеста Лорда Тьмы
Дождь хлестал по стеклам наемного экипажа с такой яростью, будто сама природа пыталась предупредить меня: "Остановись, дура! Поворачивай назад!".
Но назад дороги не было.
Только вперед — в сырую, пропитанную йодом и гниющими водорослями мглу Равенмура.
Я сидела, вцепившись побелевшими пальцами в колючее кружево подвенечного платья, которое принадлежало не мне, а моей сестре Розалин.
— Ты справишься, Элис, — прошептала я, глядя в окно.
Из отражения на меня смотрела бледная, испуганная девушка с лихорадочным румянцем на скулах. И это была совсем не та золотоволосая красавица, которую ждал к себе в замок Лорд Тьмы.
"Господи, прости меня, — взмолилась я. — Я делаю это только ради сестры!"
Сама Розалин сейчас лежала в горячке в нашем богом забытом поместье, и вместо брачного ложа с самым богатым и опасным человеком Северных земель её ждал холодный компресс и сиделка, которой я отдала наши последние деньги.
Розалин была фарфоровой куклой.
Я же, дворовой кошкой с острыми когтями и привычкой выживать там, где другие гибнут.
Может, чудовищу это даже понравится…
Когда пришло письмо от Даркаров с требованием исполнить древний контракт, перед нами с сестрой встал выбор: либо Розалин едет в Равенмур и умирает в первую же ночь от слабости, либо туда еду я.
И конечно же, я не смогла отправить единственную сестру на смерть, поэтому поехала вместо неё.
Спустя ещё пару часов мучительной езды экипаж наконец дернулся, замер, и я услышала тяжелые шаги по гравию.
— Приехали, мисс, — сообщил кучер, открывая дверцу кареты.
Я попыталась подняться, но ноги не слушались.
Застыв от ужаса, я смотрела на огромный, сложенный из серых глыб замок…
Меня не встречали.
Не было ни слуг, ни церемоний, ни цветов.
Только ветер, воющий в бойницах, и двери, обитые почерневшим от времени железом.
Я с трудом заставила себя выйти из кареты, придерживая руками тяжелый подол. Кучер, боязливо оглядываясь на замок, бросил мой саквояж прямо на мокрые камни и, даже не попрощавшись, хлестнул лошадей. Через минуту стук колес стих вдали, и я осталась одна наедине с ревущим морем и замком.
"Властный герой", говорили сплетники. "Жестокий ублюдок, убивший трех жен в первую брачную ночь", — шептались на рынке.
Три жены.
Я буду четвертой.
Двери скрипнули, приоткрываясь сами собой.
Я вошла в темный холл, где единственным источником света был камин.
— Закрой дверь. Здесь и без того сквозит.
Голос раздался из темноты. Низкий, вибрирующий, с ленивой хрипотцой человека, который привык отдавать приказы и не ждать возражений.
Я вздрогнула, захлопнула тяжелую створку и обернулась.
Мужчина стоял у камина, опершись плечом о каменную кладку. Я не сразу разглядела его лица, мешали тени и капюшон моего плаща, но фигуру говорившего было скрыть невозможно.
Высокий, с широкими плечами и узкими бедрами.
Хищник, замерший перед броском.
— Подойди.
Ноги сами сделали шаг вперед. Я шла, и каждый удар моего сердца гулко отдавался в ушах. Когда до мужчины оставалось не более трех шагов, он оттолкнулся от стены и преодолел расстояние между нами одним плавным движением.