Глава 1
НЕЗАБЫТЫЙ РОМАН. Я ТАК ТЕБЯ ЖДАЛА
ЛЕНА ГОЛД
— Мам… Арман стоит у панорамного окна, прижав ладошки к стеклу, и смотрит вниз, на людей. — Да, солнышко? — А у всех детей есть папы? Замираю с чашкой в руках, боясь пошевелиться. — Почему ты спрашиваешь? — Просто… у Марка есть папа. У Тимура тоже. И у Саши! Они за ними в садик приходят… — сын поворачивается ко мне. — А мой папа где?
Мужчина, которого я любила больше жизни, однажды посмотрел мне в глаза и сказал, что никогда меня не любил. И исчез. Он так и не узнал, что в тот день ушел не только от меня, но и от собственного сына. А спустя годы возвращается снова, снося все, что я строила годами. Да только ему больше нет места в нашей жизни.
Сегодня выходной. Впервые за долгое время не приходится вскакивать с кровати под звонок будильника, спешить на встречи и одновременно отвечать на сообщения сотрудников, которые уверены, что ни одну проблему невозможно решить без моего участия.
Солнечный свет льется через огромные панорамные окна гостиной, окрашивая светлый паркет в теплый золотистый цвет. За стеклом просыпается Москва. Машины уже заполняют широкие проспекты. Вдали мелькают силуэты людей, торопящихся по своим делам. А здесь, на четвертом этаже, кажется, город существует отдельно от нас.
Поставив перед Арманом тарелку с завтраком, поправляю выбившуюся прядь волос и невольно улыбаюсь.
Каждое утро начинается одинаково.
Сын обязательно заявляет, что он взрослый и прекрасно может справиться без моей помощи. Но через несколько минут всё равно просит разрезать блинчики так, как умею только я. Долго рассказывает о машинках, динозаврах или космосе, перескакивая с одной мысли на другую так стремительно, что мне иногда приходится переспрашивать, чтобы не потерять нить его рассказа.
Мир давно перестал вращаться вокруг работы. Он вращается вокруг одного маленького человека.
Позавтракав, Арман подходит к окну. Прижимает ладошки к стеклу и смотрит вниз, наблюдая за просыпающимся городом.
Я не придаю этому никакого значения.
Продолжаю готовить кофе, думая, что после обеда мы обязательно поедем в парк.
— Мам… — зовет сын.
Я машинально оборачиваюсь.
— Что, солнышко?
Он не смотрит на меня.
Продолжает разглядывать улицу и очень спокойно спрашивает:
— А у всех детей есть папа?
Поперхнувшись воздухом, я застываю у двери гостиной. Не могу дышать.
До боли в пальцах сжимаю кружку.
Столько раз мысленно готовилась к этому разговору. Понимала, что однажды он обязательно спросит.
Дети растут. Начинают сравнивать свои семьи с чужими. Замечают то, на что раньше никогда не обращали внимания.
Я знала, что этот день однажды наступит. Но знание никогда не делает человека готовым.
Ставлю кружку на стол, чтобы Арман не увидел, как дрожат мои руки.
За последние годы я научилась справляться со многими вещами.
Например, самостоятельно принимать решения, руководить людьми. Научилась не показывать слабость даже когда внутри всё рассыпается. Жить без человека, которого когда-то любила больше жизни.
Но сейчас один детский вопрос оказывается сильнее всего, через что мне пришлось пройти.