Глава 1.1
Знаете, есть поговорка про то, что все темные дела совершаются ночью. Чушь собачья. Дела совершаются тогда, когда нет свидетелей. А время суток — это так, декорации. Просто ночью меньше шансов, что какая-нибудь бабка с авоськой выйдет на улицу и всё испортит своим праведным возмущением.
Это лето решило меня добить. Климатически, эмоционально и, видимо, экзистенциально.
Утро. Жара. Я натягиваю легкое платье — единственное, в котором можно не растаять по дороге до работы — и вылетаю из квартиры со скоростью, которой позавидовала бы любая ракета.
Потому что я, мать вашу, ПРОСПАЛА.
А проспала я потому, что среди ночи припёрся МЯМЛЯ. Мой бывший. Тот самый, который после расставания решил, что жизнь без меня — это сплошная боль и страдание, и теперь его миссия — сделать больно и мне.
Он стабильно напивается. Стабильно звонит. Стабильно ломится в дверь. И я каждый раз, как дура, открываю, потому что соседи и так уже косо смотрят, а если я не открою — он начнет орать на всю лестничную клетку "Я ТЕБЯ ЛЮБЛЮ, ВЕРНИСЬ", и это будет еще более унизительно.
А когда открываю — начинается спектакль.
— Ну почему? — говорит он, глядя на меня мокрыми глазами, как нашкодивший щенок. — Я же тебя так любил…
Мямля.
Тряпка.
Бесхребетное существо, у которого из мужественных качеств — разве что количество выпитого пива за вечер.
Мы расстались потому, что я устала быть за него мужиком. И за себя тоже. Я работаю по двенадцать часов, а прихожу домой — и должна ему борщ варить. Потому что «мама всегда готовила».
О, эта великая фраза: «А моя мама…»
Слушай, дружок, если ты так любишь свою маму — живи с ней. Я не мамка и не домработница. Я женщина, которая тоже хочет, чтобы о ней заботились. Чтобы её встречали с работы. Чтобы спрашивали «как дела?», а не «что на ужин?».
С розеткой он не мог помочь. С краном не мог. Машину загнал в сервис — и она там год простояла, потому что денег жалко. А когда я сама полезла с отверткой — обиделся: «Ты что, не доверяешь мне?!»
Да я б тебе доверила… ну, честно? Даже дохлую рыбку не доверила бы. И то обиделась бы рыбка, если все же с опаской дала тебе в руки.
Так что да, мы расстались. И знаете что? Стало легче. Я свободна. Я дышу. Я, блин, могу готовить себе одну порцию и не париться, что кому-то надо первое, второе и компот.
НО.
Теперь я вынуждена выслушивать его ночные истерики. Потому что он не может смириться. Потому что без сильной женской руки он рассыпается как карточный домик.
И теперь его миссия — достать меня. Блокирую номер — он находит другой. Меняю симку — он как-то узнает. Я уже начинаю подозревать, что он нанял частного детектива, чтобы следить за мной. Или влез в базу данных оператора. Серьезно, у него на это ума хватит, а на то, чтобы починить розетку — нет.
Сегодня я проспала именно из-за него. Он ломился до трех ночи, потом я полтора часа успокаивала его по телефону — потому что иначе он бы не ушел. В итоге на работу я, конечно, опоздала.
А когда выбежала из дома — меня ждал сюрприз. Моя ласточка, моя любимица, моя верная железная подружка — сказала «неа, я устала» и просто не завелась.