— Ты так говоришь, будто твоя мама что-то задумала.
— Задумала, — с хитрой улыбкой отвечает Миша.
— Поделишься?
— Нет. Пусть это будет сюрпризом и для тебя.Глава 50
Миша заезжает на парковку ресторана, оставляя машину ближе к выезду. Это чтобы быстрее выехать потом?
Он первым покидает салон, а я жду, так как знаю, что муж всегда открывает для меня дверцу и помогает выбраться на улицу. Так происходит и сейчас.
— Кстати, прости, что я без цветов… — говорит Миша виноватым голосом.
— Это было бы лишнее, — тут же вставляю я.
— Не лишнее, просто подумал, что будет неудобно тебе с ними таскаться. Я исправлюсь потом.
Я только киваю. Не вижу смысла спорить, когда мы вроде как достигли подобия перемирия. Миша подставляет мне локоть, чтобы я за него взялась и кивает на вход.
— А там много будет людей? – спрашиваю я, когда мы заходим в просторный холл.
— Как обычно. Больше ста.
— Ужас.
— Не считая журналистов, — добавляет Миша, и я недовольно поджимаю губы.
Никогда не любила эти приёмы. Для меня было сущим испытанием посещать их с Мишей, когда того требовал Борис Витальевич. Благо, он никогда не настаивал, чтобы Милана была с нами.
Я считаю, что детям не место на таких мероприятиях. Миша, к моему счастью, того же мнения.
Мы оставляем верхнюю одежду в гардеробе и направляемся на второй этаж, где располагается нужный нам банкетный зал. Уже на лестнице я слышу живую музыку и гомон голосов.
Я делаю глубокий вдох. Нужно продержаться всего несколько часов.
У входа в зал охранник проверяет наши пригласительные и только тогда пропускает внутрь. Стоит нам переступить порог зала, как в нашу сторону тут же сбегаются люди с камерами и микрофонами.
— Михаил, неужели один из лучших адвокатов столицы по разводам развёлся?
— Да.
— Арина, это правда, что вы отсудили у Михаила квартиру, машину, вертолёт и дом в Афинах?
— Миша, у тебя есть вертолёт? – тут же спрашиваю у мужа, вызывая смех у журналистов.
— А дом в Афинах тебя не смутил? – отвечает мне Миша с тёплой улыбкой. – Дорогие товарищи журналисты, давайте, вы не будете спешить с озвучиванием сплетен. Предлагаю поступить так. Мы с Ариной сделаем заявление, а уже после вы будете задавать вопросы. Годится?
— Да! – отвечают хорошо журналисты.
— Отлично. Мы с Ариной развелись. Это первое. Спора о разделе имущества у нас не было. Мы всё решили полюбовно. Это второе. Наша дочь будет проживать с мамой, естественно. Это третье. Причины развода мы озвучивать не будем, уж простите. Это – наша личная жизнь. Делиться ею с вами мы не собираемся. Это четвёртое.
— Не смотря на развод, мы с Мишей относимся друг к другу с большим уважением. Мы остаёмся родителями Миланы, поэтому будем вам очень признательные, если вы не будете пытаться добраться до нашего ребёнка, чтобы выведать у неё информацию. Я буду крайне жёстко пресекать такие действия, — добавляю я, когда Миша замолкает.
Я поднимаю голову и встречаюсь с взглядом Бориса Витальевича. Оказывается, он всё это время стоял рядом и внимательно слушал, что мы говорим с Мишей. Я вижу его одобрительный кивок и свободно выдыхаю.