— Он не дышит, — выговорила она, обернувшись ко мне, и глаза у неё были совсем шальные. — Он холодный, он не просыпается, остальные хоть ворочаются, а он нет. Он умер. Умер, да?
Паниковать в таких делах последнее дело, а разубеждать паникующего словами и вовсе пустое. Я отодвинул её, не грубо, но твёрдо, и опустился рядом.
Приложил пальцы к шее старика, под челюстью. Подождал. Под кожей, медленно и глубоко, но ровно, толкалась жилка. Живой, стало быть, просто ушёл в сон глубже некуда.
Для верности я вытащил из аптечки маленькое зеркальце, что держал там на всякий случай, и поднёс к его губам. Пару секунд ничего, а потом гладкая поверхность подёрнулась мутной плёнкой. Дышит. Слабо, редко, но дышит.
— Живой ваш отец, — сказал я, убирая зеркальце. — Дышит и сердце бьётся. Просто зелья ему досталось, видимо, больше других, вот и провалился глубже. Отоспится и встанет, никуда не денется.
Эля глубоко вздохнула и закрыла лицо ладонями. Плечи у неё вздрагивали, но реветь в голос она себе не позволила, только дышала часто и прерывисто, спуская напряжение. Миша положил ей руку на плечо, огромную, в половину её спины, и она за эту руку ухватилась.
— Вы лекарь? — спросила она чуть погодя, подняв на меня мокрые глаза. — Откуда вы знаете, как это делать?
— Лекарь? — хмыкнул я. — Нет, увольте. Лекарей среди попаданцев развелось уже неприлично много, куда ни плюнь, всё сплошь целители да светила врачевания. Не хочу портить статистику. Так, нахватался по мелочи.
Шутки она, кажется, не поняла, да и немудрено. Но тон уловила и чуть отпустила себя, а мне того и надо было.
Раз старик просто спал, а прочие мало-помалу подавали признаки скорого пробуждения, торопиться стало некуда. Через полчаса-час народ начнёт очухиваться, и вот тогда хлопот прибавится.
А раз пока тут делать нечего, то можно и заняться делом, о котором так настойчиво напоминал гараж.
Сбор лута.
Я и сам, разумеется, не собирался оставлять побеждённых просто валяться рядом с гаражом. Как минимум, шкуры у них уж больно хороши. Если получится их снять, а потом использовать…
— Миша, — сказал я, поднимаясь. — Отдышался? Пойдём-ка со мной вниз. Там, на холме перед воротами, добра разбросано, а бросать добро я не приучен. Заодно, может, расскажешь, что тут у вас к чему, ты местный, тебе видней.
Брать с собой сейчас ещё и Элю было незачем. Да и должен был кто-то остаться с ранеными. И они тоже это прекрасно поняли.
Богатырь поднялся, поглядел на сестру, та кивнула, и он двинулся за мной.
Глава 5
— И что нам со всем этим богатством делать? — спросил я, кивнув на гору демонических тушек перед гаражом.
Что ни говори, а местный должен лучше понимать особенности местной фауны и её разделки.
Михаэль поглядел на них с видом человека, прикидывающего, с какого края браться за работу, а я, пользуясь случаем, решил заодно вытрясти из него немного полезного.
— Слушай, а что они вообще такое, эти твои демоны? Откуда берутся, чего хотят, отчего лезут именно к вам? Ты про них хоть что-нибудь знаешь?
Он пожал плечами.
— Демоны, — произнёс он так, будто само это слово всё объясняло. — Враги рода человеческого, испокон веку. Были всегда, будут всегда. Что до меня, то тут особой мудрости не требуется: явился демон, руби демона. А рассуждать, откуда он взялся и по какому праву, увольте, это не моё занятие.