– А если у него проблемы на работе?
– Все свои проблемы по работе, я оставляю за порогом своей квартиры, и он об этом знает. Не хочу сказать, что идеальная жена, но не нагружаю рабочими моментами свою семью. Скорее, это похоже не то на ревность, не то на недовольство, переполнившее чашу его терпения.
– Как же мы теперь будем общаться? Как отец воспримет эту ситуации? Как она отразится на отношениях с Томиным старшим?
– Смотри на это проще, Артём Павлович. Есть пары, которые развелись, живут в другом браке, но поддерживают нормальные отношения. Их мало, но они есть, а мы ещё и не развелись. Я понимаю, вам трудно принять чью-либо сторону, делать этого не нужно. Жизнь сама расставит всё по своим местам. Мама меня не поймёт, я в этом уверена. Только жизнь эта моя, и решать её мне.
– Как ты себя чувствуешь?
– В относительном порядке, хотя с самого утра выворачивало. Не переживай, я справлюсь. Родители собираются в Германию?
– Билеты купили на десятое, обратно вернуться двадцать восьмого. Хотят посмотреть немецкое Рождество.
– Нашу размолвку с Александром можете держать от них в секрете.
– Мы в доме бываем наездами. Нам рабочих моментов хватает. Возможно, Андрей Иванович уже доложил брату обо всём.
– А у меня разговор с мамой впереди.
Дарья Степановна приехала к дочери в сопровождении мужа.
– Как можно скрывать такое? – переступив порог квартиры, задала она вопрос.
– Мамочка, родная, моя жизнь – это моя жизнь. Что могло измениться, скажи я тебе об этом на следующий день или через неделю? Чем ты мне можешь помочь? Возможно, это временная ситуация. Мы расстались мирно и тихо. Мне тридцать два года и я осознаю, что делаю. Не нужно вытирать мне сопли, лишний раз напоминать, какая я непутёвая и как со мной трудно. Я в полном порядке. Могу тебя выслушать, но сделаю по-своему. Не сотрясай зря воздух, – Дарья приобнял мать за плечи.
– А как же ребёнок, Даша?
– Прежде малыша нужно «выносить». Я едва справилась с токсикозом. Слава Богу, этот кошмар закончился. Александр ушёл месяц назад.
– Почему ушёл?
– Я попросила, он не возражал. Если ты намерена обвинять меня в нетерпимости – возвращайся к себе. Мне не хочется с тобой спорить или оправдываться. Малыш, даст Бог, родиться в начале июня и я с радостью приму твою добровольную помощь, а до этого времени позволь мне самой решать свои проблемы.
– Не сердись на мать, Даша. А что мне делать?
– Павел Владимирович, вы мудрый человек и хорошо понимаете, нельзя человека заставить любить, ненавидеть, уважать, презирать. Это чувство либо есть, либо его нет. Жить с человеком, которому ты, по большому счёту, не нужна я не буду. Вы думаете, дети не чувствуют таких отношений? А делать вам ничего не нужно, да от вас ничего и не зависит. И вины Андрея Ивановича в случившемся нет. То, что происходит с Александром, не зависит от воспитания, социального положения, родословной. Сашка не так глуп, чтобы не понимать своих действий. Возможно, пересмотрит свои взгляды на некоторые вещи, но это должно быть его решение. Возможно, всю жизнь будет искать свой идеал, но так и не найдёт.