Плетение оказывается действительно мудреным, это не просто перехлесты, которые я однажды безуспешно пытался собрать.
Косы идут от самой макушки, ювелирно вбирая в себя каждую прядь, при этом они уложены как-то более свободно и объемно там, наверху, а на середине стянуты тонкими резинками, оставляя длинные, забавные хвостики. Идеальная, благородная работа, которая очень идет моей маленькой девочке.
Мила ничего не отвечает на мои вопросы. Она лишь упрямо прячет лицо у меня на плече, а затем настойчиво тянет мой рукав.
– Пап, мультики. Пошли скорее! – тихо командует она, полностью игнорируя мои расспросы.
Уже собираюсь идти к нашим местам, но оборачиваюсь, чтобы позвать за собой застывшую у бара Карину, как вдруг плотная шторка между эконом и бизнес-классом отодвигается, пока стюардесса закатывает тележку.
В этот секундный просвет я отчетливо вижу длинный проход эконома. И как от нашего отсека размеренными шагами удаляется та самая хрупкая, миниатюрная девчонка в обтягивающих лосинах из аэропорта.
Она идет спиной ко мне, но я успеваю заметить главное: у нее на голове красуются точно такие же две мудреные, свободные у макушки косы с длинными хвостиками на концах. Один в один.
Словно почувствовав мой взгляд, девчонка на ходу оборачивается. И меня в эту же секунду будто в кипяток опускает, все тело обдает диким, дурным жаром.
Ее огромные, ясные глаза встречаются с моими. Удивительно, но от нее даже на таком расстоянии прет. С ходу тянет вспомнить про ледяной душ. И дело здесь вообще не во внешности.
Что я, в своей жизни красоток не видел? Вон, одна глянцевая кукла рядом крутится, хвостом виляет, а толку? Ноль.
Но на этой незнакомке я залипаю, как пацан зеленый. Меня давно не удивить смазливой мордашкой или породистым телом, хотя у этой девчонки все как раз именно так. На своих местах, подтянутое и хорошей, аккуратной формы, которую обтягивающие лосины подчеркивают до неприличного четко.
7 Павел
– Карина, где Мила? – тереблю модель за плечо.
Она даже далеко не сразу откликается на мое прикосновение. Лежит в огромных наушниках на шезлонге нашей террасы.
– О, Паш, привет! – Карина лениво стягивает аппаратуру на шею, демонстрируя свои шикарные формы, и беззаботно хлопает ресницами. – Да она только что смотрела мультики в гостиной.
– Какие еще мультики, Карин? – внутри меня от ее ленивого тона моментально закипает злость.
– Не знаю, – она равнодушно пожимает плечами, поправляя бретельку купальника.
– Почему она прямо сейчас не с тобой рядом?
– Она сама мне сказала, что ей тут слишком жарко на улице. Мы с ней вместе нашли какой-то детский канал с мультиками. Она вот тут, прямо на диване сидела, когда я уходила на террасу.
Первый день нашего отдыха выдался таким жестким и сумбурным, что лучше бы я, честно говоря, вовсе остался дома в своем рабочем кабинете.
Пришлось сначала несколько часов добираться, пересаживаться на гидроплан, который, к счастью, очень Миле понравился.
Потом на скорую руку обустраивать быт Миле на этой вилле, как мог, стараясь обеспечить ее всем, чем надо, на ближайшие часы.