Стоит мне на секунду замолчать в трубку во время разговора с вице-президентом компании, как Мила уже на полной скорости несется к открытой террасе.
Она не хочет вылезать из теплой океанской воды около спуска у нашей виллы. Болтает ногами в лазурной волне, считает цветных рыбок у свай и требует моего стопроцентного внимания, которое я с радостью готов ей отдать.
– Пап? Пошли еще к рыбкам! – ее звонкий голос уносит все мои рабочие планы на дно, но это вызывает у меня лишь улыбку.
Закрываю крышку ноутбука, понимая, что аудит на сегодня официально потерпел сокрушительное поражение от одной маленькой девочки, у которой в руках белый мишка.
Сложновато одновременно быть жестким руководителем и понимающим, любящим отцом. Но выбор очевиден.
Разворачиваюсь к выходу на террасу. Карина уехала от нас навсегда, и теперь правила на этой вилле устанавливаем мы с Милой.
– Все, прыгаем в воду, – заговорщицки говорю я дочери. – Только медведя своего в номере оставь. А то как бы он не уплыл от нас.
Пока наблюдаю, как Мила аккуратно усаживает медведя на диван, в мыслях тут же возникает образ незнакомки в красном платье.
Сажусь перед дочерью на корточки, придерживая ее за плечи.
– Мил, расскажи мне. Что все-таки случилось тогда, когда тетя тебе медведя принесла? До самолета еще.
– Я бежала, а она шла, – Мила активно машет руками, подбирая слова, а я ласково приглаживаю ее растрепавшиеся от мальдивского ветра волосы.
– Так, и дальше что было? – негромко спрашиваю я, бережно тыльной стороной ладони очерчивая ее пухлую детскую щеку.
– Миша с ней столкнулся.
– И что? А почему медведь был мокрый? – внимательно выслушиваю ее сбивчивый отчет.
– У нее в руках был стакан. Большой. С крышечкой.
– Пролился на медведя? – слегка улыбаюсь.
– Да, прямо на Мишку. И на ее кофту.
– Еще и на кофту ее попало? – мягко переспрашиваю, терпеливо давая ей время вспомнить все детали аварии в терминале.
– Да, на белую, красивую. Я испугалась и убежала.
– Сильно пролился стакан? На кофту?
– Да, кофта превратилась в коричневую.
– Ладно, не переживай, – нежно целую дочь в макушку, накрывая ее хрупкие плечи своими ладонями и унимая любые детские страхи. – У меня есть идея, как все исправить.
11 Павел
Ближе к вечеру Мила все-таки соглашается выйти из виллы и пойти со мной на ужин.
Ресторан расположен прямо на открытом воздухе, у самой кромки океана. Просторный навес под соломенной крышей, деревянные столы стоят прямо на мягком, остывающем песке, а со стороны воды дует приятный, освежающий ветерок.
Атмосфера здесь простая, уютная, людей совсем немного, а еда оказывается более чем вкусной.
За ужином Мила быстро справляется со своей детской порцией, спрыгивает со стула и начинает резво носиться по всему пространству ресторана. Она моментально находит общую компанию и утягивает других детей в активные догонялки на песке.
Наблюдаю за ней, как вдруг дочка резко останавливается у одного из дальних столов со взрослыми. Там стоят двое парней, но, прежде чем успеваю встать со своего места, они отходят в сторону к бару, и я отчетливо вижу, кто сидит за столиком.