Я прошел в комнату и щелкнул выключателем, по крайней мере, попытался. Стоило мне нажать на пластиковую клавишу, как в щитке что-то громко треснуло, сверкнула синяя искра, и квартира погрузилась в абсолютную темноту.
— Твою мать!.. — выругался я, чуть не выронив телефон. — Не обращай внимания… Снова как по расписанию свет рубанули резко, от чего все отключилось, что? У тебя тоже? Ты же живешь на другом конце города… понимаю, сам в шоке… У нас-то понятно: опять электростанция дубу дала. Каждый год одно и то же, уже лет десять подряд стабильно. А у тебя что? А-а-а, опять рукожопые что-то с линией сделали? Понимаю. Районы разные, но рукожопый персонал, что у тебя, что у меня. Ладно, давай завтра поговорим. Мне сейчас нужно как-то тут выживать… Ага, и тебе удачи.
Я сбросил вызов и включил фонарик на телефоне, настроение окончательно испортилось. Это уже не смешно, и как, спрашивается, теперь еду греть? Эх… Я стянул с себя уличную одежду, бросил её на кресло и переоделся во что-то более домашнее и теплое, так как батареи без электричества тоже скоро начнут остывать.
Поводив лучом света по комнате, я попытался вспомнить, куда засунул нормальный фонарь, который покупал как раз для таких случаев, кажется, он был в шкафу. Я подошел к полкам, начал рыться в вещах, перекладывая коробки, и наконец нашел его — он лежал в самом углу, прямо рядом с тем самым дедовским медальоном. Я мысленно закатил глаза, вспомнив про этот «камень удачи», взял фонарик и уже собирался закрыть дверцу шкафа, как вдруг боковым зрением уловил нечто странное, это бросилось в глаза настолько резко, что я замер.
Камушек мигнул.
— Что за… — пробормотал я, направляя луч телефона прямо на кусок известняка.
Эм… Я осторожно взял его в руки, положив телефон рядом так, чтобы он освещал полку, и внимательно всмотрелся в кусок известняка, но ничего не происходило, обычный серый камень. Я покосился на телефон, который лежал камерой вверх, создавая рассеянный свет, и перевернул его экраном вниз, комната мгновенно погрузилась в темноту.
И снова — вспышка, камень в моей ладони слабо, но отчетливо переливался голубым. Я повертел его в руках, покрутил под разными углами, замечая одну странность: яркость свечения становилась заметно сильнее, когда я поворачивался в сторону окна, заинтригованный до чертиков, я подошел к балконной двери, дернул ручку и шагнул наружу.
Дубак ударил в лицо моментально, минус двадцать, пробирающий до самых костей сквозь домашнюю футболку, я поежился, выпуская облачко пара изо рта, и снова посмотрел на камень в ладони, яркость прибавилась.
— Я не понимаю… — пробормотал я, стуча зубами. — В темноте светит, на балконе лучше, но как-то тускло, или это его предел? Хммм…
Я огляделся по сторонам, из-за аварии на электростанции весь район был обесточен, ни один фонарь не горел, зато небо было абсолютно безоблачным, и на нем сияла полная луна. Скосившись на свою руку, я поднял камень на уровень глаз — так, чтобы свет луны упал прямо на него.
А дальше началась уже полная паранормальщина.