Я открыл глаза и вздохнул. Даже во сне я не хотел видеть этот мерзкий момент. Я прошел войну, я видел смерти, но в моей памяти это все еще был самый омерзительный эпизод.
Я ненавидел себя за это. Во всех других моментах был виноват кто-то другой, а тут я. Только я.
— Лорд Эштон, как вы себя чувствуете? — раздался незнакомый голос. Я посмотрел на мужчину. — Меня зовут магистр Алистер, я специалист по темным наукам.
Я вздохнул и потянулся. Но стоило мне это сделать, как за спиной мага я увидел свою невесту. Стало совсем тошно.
— Я умираю, — констатировал я.
— Ну… пока нет. На вас лежит проклятье…
— Я это уже знаю, — хмыкнул я. — Я же говорил с магами. Оно… Это проклятье. Его может снять только любящая меня женщина, если скажет, что любит.
И будет любить. Слова ничего не стоят, если под ними нет настоящих чувств.
— Я люблю тебя, Эштон. Я очень тебя люблю, — игра Элеоноры вызвала у меня горькую усмешку.
— Видите? Чтобы я выздоровел? — спросил я у мага. Тот нахмурился. — Достаньте, пожалуйста, бумаги. Они… они в столе.
— Что простите?
— Прошу вас, господин Алистер. Достаньте бумаги. Ладно… Сам достану.
— Лорд, прошу вас… Вам нельзя напрягаться!
Но я не слушал. Дошел до стола, достал папку и бумаги.
— На, — сказал я, протягивая их Элеоноре.
— Что это? — прошептала она.
— А ты посмотри.
Элеонора приняла бумаги дрожащей рукой, а после вздрогнула и побледнела. Я хорошо знал, что в папке. Это было последнее, что я хотел видеть.
Когда я вернулся с фронта с этим дурацким проклятием, я был уверен, что сниму его быстро. У меня была невеста. Она плакала, когда я уходил. Клялась в любви. Писала письма, от которых наворачивались слезы. Но когда я вернулся, поцеловал ее, а она поклялась мне в любви… я не выздоровел. Вот так новости.
И я все понял. Говорить можно много и громко, но…
Тогда я и велел поверенному проверить, чем занималась моя невеста. И оказалось, что у моей «чистой и невинной» невесты уже давно был любовник. Она изменяла мне, подумать только… с учителем по танцам.
— Эш, я могу объяснить… — начала Элеонора.
— Не можешь, — жестко перебил я. — Если не хочешь скандала на всю столицу, собирай вещи и домой, Элеонора. С отцом объяснишься сама.
— Но…
— Без «но». Иначе я сейчас приду в себя и вышвырну тебя вместе с твоими платьями в окно.
Элеонора побледнела еще сильнее. Она бросила взгляд на мага — тот выглядел растерянным, как и стоящий в дверях дворецкий.
Конечно, никто не знал об этом. Да и позор был не только для Элеоноры, но и для меня. В какой-то степени это было забавно, можно считать, что Боги наказывают меня за мою ошибку.
— Господин, мне помочь леди собраться? — робко спросил дворецкий Сэмюэл.
— Нет, — твердо сказал я. — Пусть собирается сама.
Сэмюэл отошел, пропуская Элеонору. И, благо, хоть молча, но она вышла из комнаты. Я сел на стул и посмотрел на мага.
— Вы нашли способ снять проклятье?
Маг нахмурился.
— Господин, способ… есть. И он вам знаком. Нужна женщина, любящая вас…
— Как видите, таковой нет, — развел я руками, запрокинув голову.
— Но… вы живы. Если вы живы, значит… Может, ваша жена вас любит?