Певец успел встать, перейти к другому краю сцены и снова упасть. Бомба в моём наруче вела себя тише.
Когда герой закончил умирать, хор подтвердил смерть, занавес закрылся и зал поднялся под аплодисменты.
Селена хлопала до боли в ладонях.
— Великолепно, — сказала она. — Последняя ария была прекрасна.
— Он обещал умереть с первой минуты и сдержал слово. Я такое ценю.
В ложе зажглись светильники. Дама с веером посмотрела на меня и сказала соседке достаточно громко:
— Молодёжь приходит ради мест, а потом мешает слушать.
Я повернулся к Селене.
— Пойдём перекусим. Здесь искусство закончилось, а голод остался.
Она взяла меня под руку, и мы вышли в холл вместе с остальными.
У столов с фуршетом гости толкались с обеих сторон. Одни хвалили певца, другие ругали режиссёра. Я перехватил бутерброд с копчёным мясом и бокал игристого.
Вот тут заведение знало своё дело. Бутерброд оказался вкусным, а игристое щекотало нос пузырьками. Всё понятно и без программки.
Селена успела сделать два глотка, когда из толпы к ней подошла женщина в серебристом платье.
— Селена! Я уже решила, что Магнус снова запер тебя в кабинете до ночи.
— Сегодня он отпустил меня добровольно, — ответила она. — Мирена, ты ведь знакома с Геральтом.
Передо мной стояла Мирена Даль, та самая риелтор, которая продала мне дом для «Сковородки». Сегодня она пришла без рабочей мантии и папки с договорами.
— Надеюсь, крыша ещё стоит, — Мирена с лёгкой улыбкой протянула руку для приветствия.
— Пока да, — я ответил на рукопожатие. — Но после покупки вашего дома мне присылают подарки, которые едва проходят в дверь.
— Значит, адрес хороший, — она довольно прищурилась, ничуть не смутившись.
Рядом с ней остановился мужчина, которому пришлось слегка пригнуть голову, чтобы не задеть подвесной светильник. Грубый шерстяной костюм сидел на нём плотно, обтягивая широкие плечи, меховая накидка небрежно закрывала одно плечо, а в руке он держал массивную трость с железным набалдашником. Под мышкой он неловко сжимал букет белых цветов. Этого набора вполне хватало и для светского раута, и для зимнего похода на медведя.
— Хальвар Роен, — представила его Мирена, изящно взмахнув рукой. — Глава боевой гильдии «Зима близко».
По названию всё ясно: северяне любили заранее предупреждать о погоде. Рано или поздно зима всё равно приходила.
Хальвар переложил трость в левую руку и протянул мне правую. Ладонь у него была широкая, жёсткая от мозолей, хватка крепкая, но давить он не пытался. Уже хорошо. Наконец-то новый знакомый не лез мериться силой с первой минуты.
— Геральт, — ровно представился я, отвечая таким же спокойным пожатием. — Гильдия «Сковородка».
Хальвар коротко, оценивающе посмотрел на Селену, затем перевёл тяжёлый взгляд на меня.
— Смелое название, — густым басом заметил он.
— Зато враг сразу понимает, чем его будут бить, — я невозмутимо отпил из бокала.
Уголок его рта едва заметно дрогнул в подобии улыбки.
— Слышал о вашей регистрации. Новая гильдия, новая резиденция и громкая победа над Калевичем за несколько дней. Быстро работаете.