— Боков? Ну я тебе уже говорила, что он достаточно молодой. На вид лет тридцать пять. Такой симпатичный. Мы с ним долго говорили о моих перспективах.
— И какое они?- спросила Варвара.
— Пока неясные. Нет в Москве они ясные. Очень и очень скверные. Диагноз конечной стадии шизофрении мне здесь снять будет очень и очень тяжело. Диагноз очень серьёзный и никто из московских психиатров не возьмёт на себя ответственность расписаться в том, что его коллеги так ошиблись.
Я усмехнулся в ответ.
— Круговая порука. Рука, руку моет. А,что этот самый Боков?
— Ну он прекрасно видит, что никакой конечной стадии шизофрении у меня нет. Кстати он сказал мне, уже в конце разговора, что случаи подобные моему, не редкость. И они описывались в литературе. Но его голоса в моём случае будет совершенно недостаточно. Его и так здесь держат за еретика.
— И,что же делать? — спросил я Вику.
— Единственный выход — ехать в Ленинград. Ложится там в больницу и проходить в ней полное обследование. В Ленинграде мне могут помочь. Боков сказал мне об одном психиатре. По фамилии Степанов. Он как раз может помочь мне. В начале речь пойдёт о смягчении диагноза. Так,что мне придётся ехать в Ленинград.
— Хорошо поедешь. Если тебе смогут помочь тебе там,- сказала Варвара.
— Я очень надеюсь на это,- ответила ей Вика,-после психиатра я решила навестить свой факультет, даже не знаю зачем мне это понадобилось. С ним у меня связаны не самые лучшие воспоминания. Но вдруг захотелось. Я добралась до него и войдя столкнулась нос к носу с одним своим преподавателем. Он вёл у меня на втором курсе социологию. Я уже тогда плохо себя чувствовала, но его предмет очень заинтересовал меня. Он видимо это запомнил. Когда мы столкнулись он почти сразу узнал меня,хотя с нашей последней встречи прошло немало лет. Очень удивился при этом. Потом завёл меня в пустую аудиторию, в которой мы долго разговаривали. Я рассказала ему о себе, о своей болезни, о том до какого состояния я дошла было и о, начавшемся улучшении. О вас я естественно ни сказала ни слова. Преподаватель долго охал, а потом сказал мне,что если я надумаю восстанавливаться на факультете, он поможет мне всем чем может. Кстати, когда мы уже прощались к нему подошёл тот самый парень, о котором я рассказывала вам. Я узнала его сразу. Он по моему нет. Или во всяком случае сделал вид, что не узнал.
— Ладно, Вика, — сказала Варвара, как я понимаю ты остаёшься ночевать у меня? Ты предупредила об этом свою маму?
— Пока нет.
— Предупреди. А сейчас мы будем готовить ужин. Надо всё же накормить нашего единственного мужчину. Андрей, пошли на кухню. Мне надо посмотреть всё ли, что нужно и, что я тебе заказала ты купил в городе.
Когда мы вошли на кухню, Варвара закрыла дверь и оглянувшись по сторонам сказала мне:
— Я и вижу и чувствую, что ты едва перевариваешь Вику, но прошу тебя потерпи её ещё немного. Скоро она отправится в Ленинград и не будет достаточно долго тревожить тебя. Будь человеком. У Вики совершенно не осталось друзей и подруг, кроме меня.
— Я поражаюсь твой чуйке, — сказал я в ответ,- ещё год назад ты не демонстрировала ничего подобного. Откуда это у тебя?