— Можно спросить об этом у Сергея Александровича,- сказал я Варваре.
— А ты уверен,что он ответит на этот наш вопрос. Нет, спросить то можно, но вот дождёмся ли мы ответа!
— Интересно,что с Коробовым? — начал размышлять я вслух,- хотя я уверен и уверен почти на сто процентов, что на следствии он ровным счётом ничего не скажет о тех заданиях, которые давал ему шеф. Заданий по части связи с криминалом. Ему лучше всего молчать о таких делах, как рыба. В противном случае я вовсе не поручусь за его жизнь. Нежелательные свидетели очень часто либо кончают с собой либо вдруг умирают от какой — ни будь неожиданной хвори.
— Господи, прямо «Коза Ностра» какая -то! — произнесла Варвара.
— Привыкай. Снимай розовые очки. Впрочем всё это только начало. Лет через десять — пятнадцать станет значительно хуже.
— Успокоил.
— А как твоё мнение о Мокееве? — спросил я Варвару,-ну в свете твоих вновь обнаружившихся способностей.
Варвара подумала, подумала и ответила на мой вопрос.
— Он, конечно очень заинтересован в нас и в наших услугах, ты понимаешь почему. А,что касается всего остального, то я ни в чём не уверена. Мокеев же действует не сам по себе.
— Дед очень сильно ругал меня сегодня,- сказал я Варваре.
— За,что?
— За то,что я с самого начала вёл себя очень неосторожно.
— Но в общем -то он прав.
— Ты считаешь,что я мог вести себя как -то иначе? Более сдержанно,что ли?
— Нет, не считаю. Ты такой какой ты есть. И поступал ты согласно своей совести. Ты не мог бросить Бируту, не мог отказаться лечить Мишу и так далее.
Варвара убрала свою голову с моего плеча, и взъерошила рукой мои волосы.
Боюсь,что как бы мне опять не оказаться в статусе беглеца,- сказал я ей.
— Беглеца? И куда ты побежишь? Рискнёшь всё — таки вернутся обратно в своё время через эту самую Матвееву топь?
— Ну как мне объяснил дед, дело это почти наверняка гиблое. Может быть и можно вновь попасть в действующий темпоральный туннель, но вот куда я попаду через него, в какое время никому неизвестно. Могу и попасть скажем во времена императрицы Анны Иоанновны. Или куда ещё подальше. Кстати по этому туннелю переход происходит не только во времени, но и в пространстве. Так,что запросто можно оказаться, скажем в средневековой Испании, или, где ещё похуже. И угодить на костёр к примеру. В качестве колдуна.
Размышляя вслух я пришёл к идее своего побега за границу. Теоретически такая возможность конечно имелась, но только теоретически. Конечно в «железном занавесе» за котором жил СССР образца 1979 года, имелось множество щелей и дырочек. Но от того,что они имелись, лично для меня не было никакой пользы. Подхода к этим щелям и дырочкам у меня не было никакого. А взять так просто, купить билет за границу и затем сесть на самолёт и улететь хотя бы в Турцию, такое в стране в которой я оказался, было невозможно. По крайней мере для человека моего уровня. Конечно в Советском Союзе, образца конца семидесятых годов двадцатого столетия, имелось немаленькое количество людей более или менее свободно, причём на регулярной основе, выезжавших за границу (достаточно вспомнить, хотя бы того Высоцкого), но всё же в той или иной степени они относились к категории «избранных» по тому или иному принципу. К сожалению, насколько я успел изучить жизнь в СССР, лично у меня не было никаких шансов попасть в такую категорию, что бы заполучить путёвку на поездку в Восточную Европу (конечно это не совсем то, но всё же). С другой стороны, оказавшись на Западе, я получал хорошие шансы очень и очень не плохо устроится в тамошней жизни. Даже без использования своих экстрасенсорных способностей. Как ни как дядя Володя, перед моим побегом из 2013 года, снабдил меня пухлыми тетрадями в которых были записаны результаты важнейших спортивных соревнований за пару предстоящих десятилетий. С тех пор, как я оказался здесь, в семидесятых годах, эти тетради с содержащейся в них информацией валялись и покрывались пылью. А оказавшись на Западе, я бы используя, содержащуюся в них информацию, заработать не плохие деньги на тотализаторе. Но всё это были мечты. Никаких выходов за границу, у меня не было и не могло быть, по крайней мере сейчас. А пускаться на авантюры, вроде угона пассажирского самолёта или, чего -то подобного, я не желал, самым решительным образом.