Но я справилась. Наняла помощницу, студентку Катю, которая работала по выходным. Договорилась с новыми поставщиками. Научилась заполнять налоговые декларации (спасибо ютубу и трём бессонным ночам). Даже сделала ремонт: покрасила стены в тёплый терракотовый и повесила фотографию Арарата, которую Ашот забыл забрать.
К осени ларёк приносил стабильные плюс-минус сто двадцать тысяч в месяц. Не миллионы, но для двадцатитрёхлетней сироты из Тамбова – целое состояние. Я сняла крошечную, но только для себя квартиру на Петроградке, с окном во двор-колодец, с настоящей кухней, где я могла экспериментировать по ночам.
Жизнь налаживалась.
А потом появился он.
Я запомнила этот день до мельчайших деталей: октябрь, мелкий дождь, листья под ногами. Обеденный час, очередь человек на десять: студенты, работяги с соседней стройки, пара офисных в костюмах.
И он.
Молодой мужчина выделялся среди них, как белая ворона. Тёмно-синее, приталенное пальто явно не с рынка, качественную ткань и пошив было видно издалека. Часы на запястье. Телефон последней модели. И уверенный, оценивающий, взгляд человека, привыкшего получать то, что хочет.
Он был красив. Не модельной, постерной красотой, а той, мужской, харизматичной, от которой что-то ёкает внутри. Тёмные волосы, аккуратная щетина, глаза с прищуром. Лет двадцати восьми, может, чуть больше.
– Мне, пожалуйста, – он изучил меню, – шаурму с курицей. И кофе, если есть.
– Кофе нет, – ответила я. – Есть чай.
– Тогда просто шаурму.
Обычный заказ, обычный клиент, ничего особенного. Он отошёл в сторону, достал телефон. Я забыла о нём через минуту, ведь клиенты в очереди не станут терпеливо ждать, пока я налюбуюсь. Я как раз протягивала заказ постоянной клиентке, студентке Лизе, и увидела, как красавчик откусил свою шаурму, после чего шокировано замер, медленно прожевал, и, что-то для себя мысленно решив, игнорируя очередь, подошёл ко мне снова.
– Кто это готовил?
– Я, – удивлённо откликнулась я.
Незнакомец смотрел на меня секунд пять, а потом заявил:
– Вы понимаете, что это уровень ресторана? Хорошего ресторана. Не ларька у метро.
Я пожала плечами:
– Мне и в ларьке нормально.
Он вдруг усмехнулся и достал белую визитку из плотной бумаги, с тиснёными буквами:
– Кирилл Уваров. Если захотите поговорить о чём-то большем, чем ларёк, позвоните мне.
И ушёл. А я стояла с визиткой в руках и чувствовала себя героиней дурацкого фильма. Но я не позвонила. Решила, что это шутка какая-то, или развод на лохушку.
Странного клиента не было дней пять, я о нём почти забыла, как он вдруг возник передо мной вновь. Молча и с осуждением. А затем пришёл и на следующий день. И через день. И через неделю. Всегда ровно в час дня.
Заказывал одно и то же: шаурму с курицей, йогуртовый соус, двойная порция рукколы. Платил без сдачи, оставлял щедрые чаевые. И задерживался у окошка на минуту, на две, на пять.
Сначала мы говорили о еде. Он неплохо разбирался в сочетаниях тех или иных продуктов. Спрашивал про специи, про технику маринада, про то, где я училась. Я отвечала сдержанно, односложно. Никогда не любила болтать попусту, но Кирилл не сдавался.