Отпуск
Я не планировала ни с кем знакомиться. Я вообще ничего не планировала в этом отпуске — и в этом была его главная прелесть. Никаких расписаний, никаких «мам, я хочу в аквапарк» ровно в тот момент, когда я плаваю в море. Лиза, моя четырнадцатилетняя дочь, уже второй час сидела на балконе с книжкой и время от времени что-то строчила в телефоне — судя по мечтательному выражению лица, переписывалась с кем-то, кто явно не был школьной подругой. Я не лезла. Подростки имеют право на секреты, а матери-одиночки — на неделю полного безделья.
Вечером мы спустились к морю. Пляж уже опустел — большинство отдыхающих разбрелись по номерам и барам, — и только несколько парочек сидели на лежаке, глядя на закат. Лиза скинула шлёпанцы и пошла к воде, а я осталась сидеть на лежаке, поджав ноги и вдыхая солёный воздух.
— Простите, у вас не будет зажигалки? А то моя, кажется, утонула в бассейне.
Я подняла глаза. Надо мной стоял мужчина — высокий, загорелый, в светлых шортах и мятой льняной рубашке. А рядом с ним была девочка лет тринадцати, которая с любопытством разглядывала мою Лизу.
— Я не курю, — сказала я. — Но могу предложить моральную поддержку.
— Моральная поддержка — это уже что-то, — он улыбнулся, и его лицо сразу стало каким-то домашним. Простым. — Меня зовут Алексей. Можно просто Алекс. А это Настя, моя дочь.
— Соня, — ответила я. — А это Лиза, моя дочь, вон она у воды.
Настя тут же оживилась:
— Пап, я пойду к ней? Можно?
Алекс посмотрел на меня, я кивнула:
— Лиза не кусается. По крайней мере, до ужина.
Настя уже бежала к воде, и через минуту две девочки стояли по колено в море и что-то оживлённо обсуждали, размахивая руками.
— Ну вот, — сказал Алекс, опускаясь на соседний лежак. — Кажется, мы уже друзья. По крайней мере, наши дети.
— Подростковая дипломатия, — кивнула я. — Самая надёжная.
Мы разговорились. Алекс оказался из Москвы, приехал на десять дней с дочерью — жена осталась дома, потому что «у неё важный проект, и она не может бросить всё ради Турции». Я отметила про себя это «жена», но не придала значения. Я не собиралась заводить курортный роман. По крайней мере, не в первый же вечер.
Алекс оказался лёгким, с чувством юмора. Он рассказывал, как вчера обгорел, потому что «мужчины не мажутся кремом», а сегодня Настя спасала его средиземноморский загар на спине пантенолом. Он рассказывал анекдоты про стройку, про Turkish night, которую в отеле проводили каждый вторник, и про то, как его дочь заставила его танцевать под турецкую попсу. Я смеялась так, что у меня заболели скулы.
В какой-то момент Лиза и Настя прибежали к нам — весёлые, довольные, голодные.
— Мам, мы хотим к бассейну! — выпалила Лиза. — Там сейчас подсветку включили! Можно?
— Можно, — сказала я. — Только недолго.
— Я прослежу, — сказала Настя тоном взрослой женщины. — Пап, ты не волнуйся.
И они умчались, оставив Алекса и меня вдвоём.
Буквально через 15 минут девочки прибежали обратно к нам и Лиза выпалила:
— Мам, мы есть хотим! Ужин уже начался, а вы тут сидите.
Я переглянулась с Алексом.