Он поднялся со стула.
— Если вдруг понадобится помощь — я буду у бара. Просто позовите.
Я благодарно улыбнулась. Сделала ещё глоток вина и почувствовала, как тепло растекается по телу, расслабляя его, а мысли становятся вязкими и расплывчатыми. В какой-то момент мир поплыл перед глазами. Музыка словно стала глуше, свет — ярче. Мне стало резко плохо. Я даже не успела ничего сказать — просто бессильно опустилась на стол.
Глава 34. Цена обещания
Солнечный свет, пробивавшийся сквозь жалюзи, резал глаза. Я щурилась, ощущая, как внутри головы стучат сотни молоточков. Диван подо мной казался чужим, странным, а запах кофе смешивался с лёгким ароматом мужского одеколона — и это одновременно успокаивало и тревожило.
Попытка сесть заканчивалась головокружением, и я снова падала на подушку. В памяти всплывали отрывки вчерашнего вечера: музыка, смех, танцпол, смутные моменты, которых я не могла собрать в одну картину.
Тихие шаги за дверью заставили сердце подпрыгнуть. Я приготовилась к худшему — но это был Максим, с кружкой горячего чая в руках.
— Ты жива? — осторожно спросил он, садясь рядом. Его взгляд был спокойным, но внимательным.
Я слабо кивнула:
— Вроде да…
Он улыбался так, будто между нами не было всего того, что мы писали друг другу.
— Максим, это твой дом? — спросила я тихо, пытаясь скрыть дрожь в голосе.
— Да. — улыбнулся он, и этот смех показался мне одновременно родным и страшно близким.
— А что я здесь делаю?
— Катя позвонила… и я забрал Вас с бара, — прошептал он.
Я схватилась за голову:
— Я ничего не помню!
— Всё ясно… — сказал он, наблюдая за мной. Затем Максим протянул кружку чая и я почувствовала тепло, которое успокаивало. Но когда я спросила, где Катя и Наташа, его лёгкий смех заставил моё сердце снова биться быстрее.
Я сделала глоток чая, чувствуя, как нервозность медленно тает. Но когда он вдруг встал, достал телефон и открыл видео мне стало почему-то страшно.
* * * * * * * *
Я держала в руках телефон Максима. Как только он вышел из комнаты, я нажала на кнопку «плей», и видео запустилось. На экране я увидела себя. Отчётливо было видно: съёмка велась дрожащей рукой с заднего сиденья. Я сидела спереди, рядом с Максимом. Я была ужасно нетрезва и слишком расслаблена — возможно, именно поэтому так спокойно и открыто смотрела на него, поворачиваясь раз за разом в его сторону. Через несколько секунд я услышала голос Кати:
— Лиз, у Макса что-то не так с лицом? — усмехнулась она, тут же добавив: — А то ты на нём скоро дырку прожжёшь!
Я нервно поправила ремень безопасности:
— Ты придумываешь… — еле пробормотала я.
— Может быть, — не стала спорить Катя. — Просто странно. Обычно, когда человеку всё равно, он так не смотрит…
В машине повисла пауза. Видно было как я сжала пальцы, лежавшие на коленях, и глубоко вдохнула. Боковым зрением я заметила пристальный взгляд Максима, но так и не повернулась к нему. Он тоже ничего не сказал — просто промолчал. Поэтому Катя решила сделать вывод сама:
— Значит, я права! — удовлетворённо произнесла она и с улыбкой добавила: — Похоже, ваша история ещё не закончилась?