— Спускаемся, — бросил я, пряча шокер в карман и стараясь не обращать внимания на навалившуюся усталость вместе с болезненно занывшим под порванной курткой боком.
Мы дружно потянулись к выходу на лестницу, где иллюзии ожидаемо закончились, но провал с десятого по седьмой этаж всё же оказался суровой физической реальностью в виде кусков голого бетона и пугающей тридцатиметровой пропасти.
— Марта, а ты как сюда попала? — не мог не спросить я.
Девушка сама смотрела на дыру с большим удивлением.
— Походу, работает только на вход, — усмехнулся Вася.
— Мистика… — с горящими глазами прокомментировала Настя. — Настоящее чудо!
— Лучше бы чудеса были хорошими… — вздохнул я.
К счастью, Таня пришла сюда далеко не с пустыми руками, поэтому в её походном рюкзаке оперативно нашёлся прочный моток туристической верёвки, а у парня с усиками оказался страховочный карабин — видимо, он тоже был знатным любителем лазить по ночным заброшкам.
Мы надёжно закрепили трос за торчащий уцелевший кусок арматуры и спускались строго по одному, делая это предельно молча и сосредоточенно. У Тани и того парня с верёвкой нашлись и хорошие перчатки, остальным же пришлось мучиться, оборачивать руки чем придётся и спускаться очень медленно и осторожно, так что времени ушло много и чудо что обошлось без сильных травм. Хотя толстяк всё равно счесал себе всю кожу на руках, а в конце грохнулся на бетон. К счастью, оставалось уже до пола совсем немного, так что отделался лёгким ушибом.
Существа из белого шума нас больше не тревожили. Аномалия полностью выдохлась.
На уровне пятого этажа я всё-таки спросил толстяка.
— Что этот фанатик от вас хотел? Зачем тащил на крышу?
Мужик нервно сглотнул:
— Он… он обещал покой. Сказал, что нужно только позвать Её. Призвать богиню. Мы повторяли имя, чтобы она открыла врата пустоты и забрала нас. Сейчас это всё так тупо звучит, да.. но у меня как туман в голове. Я просто не мог думать о чём-то другом.
— И что за имя?
Толстяк нахмурился, с силой потерев пульсирующие виски.
— Не помню. Вылетело из головы. Нервы…
Стоило мне перевести вопросительный взгляд на остальных спасённых, как те лишь испуганно замотали головами. Мда, здесь не нервы, а очевидное вмешательство извне!
— Кстати, а что ты видела-то? — спросил Вася у Насти.
— Да в общем-то ничего. Только страх какой-то, особенно когда поняла, что пустота это. Ну и в принципе страшно было видеть людей там где никого быть не должно. А потом он так круто улетел! — вдруг вставила Настя, возбуждённо блестя глазами в полумраке. — Сбежал прямо в небо! У него был плащ с крыльями?
Я устало хмыкнул.
— Он не сбежал, Насть, — подала голос идущая позади Марта. — Его похитили.
— Угу, — мрачно подтвердил я. — Его утащил ноктюрнальный сервитор. Тот самый страж, с которым мы дрались на четвёртом этаже.
Когда мы наконец благополучно выбрались из сырого, насквозь пропахшего застарелым бетоном подъезда наружу, гражданские даже не подумали задерживаться на месте, и, наскоро буркнув скомканные слова искренней благодарности, они бросились прочь со двора так быстро, словно позади них рушился сам мир.