– Госпожа, вам письмо.
Кёнэ, не поворачивая головы, протянула руку и забрала письмо.
– Спасибо.
– Хорошо спали сегодня?
Ответа не последовало. Окхва посмотрела на опухшее лицо Кёнэ, ее покрасневшие глаза и нахмурилась.
– Не спали, значит.
– Вздремнула немного. Вот, посмотри, – указывая на какую-то надпись в углу отчета, сказала Кёнэ. Окхва прочитала японские иероглифы.
– Это связано с агентством Ли Ёнхака.
– Да, инспектор конфисковал бухгалтерскую книгу и сейф. В них не было ни денег на выплаты девушкам, которые ушли из агентства, ни ценных бумаг.
Окхва вспомнила, как Кёнэ рассказывала эту историю, опуская какие-либо обескураживающие подробности. Деньги всегда были серьезным мотивом для убийства.
– У него был повод убить Чхонхи.
– И нет никаких доказательств, что он нанял другого человека. Для этого нужны очень большие деньги. А сам он этого сделать не мог.
Отложив отчет, Кёнэ глубоко вздохнула, вспомнив про письмо в руке. Она разорвала конверт и прочитала. Окхва в ожидании сжала в кулаки дрожащие пальцы. Кёнэ оторвала взгляд от письма. Окхва, едва сдерживая любопытство, спросила:
– Это связано с агентством?
Кёнэ покачала головой, аккуратно сложила письмо и убрала в сумку.
– Вот как. Значит, я лгунья? Ну, зато я преуспела в этом деле. Позови хозяйку. Мне надо сделать телефонный звонок.
Телефон был роскошью, а дома, где он был установлен, можно было пересчитать по пальцам. Наличие аппарата стало одной из причин, по которой Кёнэ выбрала именно эту гостиницу. В доме ее жениха телефона не было. А вот в университете он был. В это время Тона должен был работать у себя в лаборатории. Как только раздался звонок, парень поднял трубку. Кёнэ сообщила время и место встречи. Он пообещал все закончить в течение тридцати минут и приехать. Кёнэ выпила молока с медом вместо завтрака, умылась холодной водой и быстро переоделась в выходное платье.
– Я опять остаюсь здесь? – недовольно спросила Окхва.
Сбегая по лестнице, Кёнэ лишь помахала ей рукой.
Тона, как и договаривались, ждал ее перед главным корпусом медицинского факультета. Кёнэ тут же начала объяснять на ходу:
– Ким Ёнсун является деятелем культуры и в то же время она – автор научных работ. Сейчас ей сорок один год. В юности изучала скульптуру и историю изобразительного искусства, была на стажировке в Японии. Вернувшись на родину, участвовала в общенациональных выставках и дважды становилась лауреатом премий. У мужа несколько ювелирных магазинов в районе Чонно. Несколько лет назад он продал свой бизнес и купил долю в универмаге «Хвасин»[9] , что сделало его богатым человеком. Они живут в тридцати минутах ходьбы от дома Чхонхи. Я несколько раз отправляла ей письма с просьбой встретиться по делу об убийстве их соседки, но она не отвечала. Поэтому я написала мужу и предложила увидеться, но уже под другим предлогом.
Они почти добрались до места, когда Тона заговорил:
– А что ты ему предложила?
– Я написала, что собираюсь поехать в Японию, и попросила помочь советом.
Тона в этот раз был менее решительным. Расследовать дело, в котором фигурируют кисэн, и обманывать приличного бизнесмена с красавицей женой – абсолютно разные вещи.