Длинные волосы чёрным шёлком лежали на плечах, ни одна прядь не выбивалась. Считывалась какая-то нездоровая аккуратность.
Гот? Эмо? Или просто фрик.
И глаза… слишком тёмные. Слишком внимательные. Взгляд цепкий, неподвижный, как у зверя.
Я поймала себя на том, что рассматриваю мужчину в ответ вызывающе долго. Однако он позволил мне это и даже ни разу не моргнул. Только едва заметно наклонил голову, как будто наблюдал за чем-то интересным.
— Добрый день. Лили Феран проживает здесь?
Голос ровный, холодный. От этого стало ещё неуютнее.
— Зависит от цели визита, — ответила я. – Реклама, опрос или перепись населения?
Его бровь едва заметно двинулась. Похоже, такую версию он не ожидал услышать.
— Ни одно из трёх. У меня к вам предложение. Личное и весьма… выгодное.
Последнее слово он произнёс без нажима, но посмотрел внимательнее. Словно проверял, где именно внутри меня оно отзовётся.
— Тогда начните с имени, — сказала я. – Я не покупаю котов в чёрных костюмах.
— Профессор Юман.
Ни визитки, ни уточнений. Ни-че-го.
— И что именно профессор делает у моей двери в праздничный день?
— Предлагает вам место, которое обычно получают по рекомендации. Или по таланту.
Манипулятор… ещё и профессор. Прямо-таки экзаменатор человеческих нервов.
— Звучит как секта, — сделала вывод я. — У вас брошюра есть? Или вы сразу свечи выдаёте?
Уголок его губ чуть дрогнул. Это была не улыбка, а скорее отметка попадания.
— У меня есть объяснение. Но на морозе оно будет слишком кратким.
Он не просился войти, но умело ставил условия. И меня это очень раздражало.
Я помедлила больше из упрямства, чем из осторожности. Но всё же отступила:
— Заходите. Но если начнёте говорить про энергию космоса, я вас выгоню.
— Приму риск.
Он вошёл, и я слишком поздно заметила, что он ни разу не оглянулся по сторонам. В его глазах не было ни любопытства, ни оценки. Казалось, мужчина уже знал планировку. И это почему-то зацепило сильнее всего.
Я провела его на кухню, где пахло жареными блинчиками. А на столе стояли две чашки чая.
Холодок прошёл по спине.
Он тоже это заметил. Взгляд скользнул с наигранной леностью, но от меня не скрылся этот внутренний анализ.
— Вы кого-то ждали, — тихо сказал он.
Из его уст это прозвучало не как вопрос, а как констатация факта.
— Явно не вас, — ответила я резче, чем хотела.
Я взяла чайник, чтобы чем-то занять руки. Профессор не садился. Упрямо стоял и наблюдал.
— Садитесь уже, — бросила я. – А то создаётся ощущение, что сейчас начнёте лекцию читать.
Он сел не сразу. Сначала коснулся спинки стула пальцами, будто проверяя реальность предмета. Потом только опустился. Контроль ощущался в каждом движении.
— Вы всегда так принимаете незнакомцев? – спокойно спросил он.
— Только тех, кто выглядит достаточно странно, чтобы не оказаться мошенником. У них обычно фантазии не хватает на костюм.
Пауза затянулась, липла к рукам неприятной прохладой.
— Скажите, Лили, — произнёс он, — вы когда-нибудь замечали, что некоторые люди чувствуют больше других?
— Да. Таким отключают интернет и прописывают валерьянку или ещё что похуже.