Больше всего хотелось, чтобы Леська вдруг оказалась рядом. Но она на работе. Я ей написал, что прилетел, она мне только реакцию поставила на мое сообщение — поднятый вверх большой палец. Ну да, у нее там иногда бывает так, что ей вообще не до телефона.
Большой мальчик. Справлюсь.
— Егор, здорова!
Я медленно обернулся. Мне протягивал руку для пожатия Лесин сосед. Михаил. Тот самый, с которого все когда-то началось.
Что я там думал по поводу «втащить»?
— Привет, Михаил.
Мы пожали друг другу руки. Я, кажется, крепче, чем того требовали приличия.
— Ты к Леське, что ли? — он кивнул на мой рюкзак, сумку с ноутом. — Так она на работе вроде.
— Я знаю. Я живу тут.
— О, съехались уже? — непонятно чему обрадовался Лесин сосед. — Меня две недели не было, а вы уже… Шустрые!
— Нет, я тоже в этом доме живу, — я махнул рукой в сторону своего подъезда.
— А, соседи! — снова обрадовался Михаил. — Ну, и правильно. Зачем на стороне искать? Бабу Ягу не будем брать со стороны, вырастим в своем коллективе! — он хохотнул.
Про Бабу Ягу я не понял ни черта. Зато понял вдруг, что должен сделать. Вот прямо должен, вот прямо необходимо и вот прямо сейчас.
— Мих, разговор есть.
— Конечно, — тут же перестал ржать Лесин сосед. — Говори.
Я молчал, подбирая слова. Михаил нахмурился.
— Если ты думаешь… если хочешь что-то про Леську узнать… Так вот, сплетни — это бабское дело! — он упер руки в могучие бока. — Я про Леську слова дурного сказать не могу.
— Это хорошо. Не про Лесю разговор пойдет.
— А про кого?
Я вздохнул. Потер челюсть, потом снял с плеча сумку с ноутбуком, сделал пару шагов — и положил ее на скамейку.
— Бить будешь — технику не задень. Она тут не при чем.
— А зачем мне тебя бить? — с каждым моим словом и действием Михаил выглядел все более и более ошарашенным.
— И имей в виду — я буду давать сдачи, — я так же снял и рюкзак и пристроил его к ноутбуку.
— Так, Егор, стопэ! Объясни толком, что происходит!
— Сейчас. Объясню.
* * *
Ноутбук в итоге и в самом деле чуть не пострадал. Потому что в какой-то момент моего рассказа Миха тяжело осел на скамейку. Я не знаю на каком рефлексе в последний момент выдернул сумку из-под могучей дальнобойщицкой задницы. И плюхнулся рядом.
Я был весь мокрый и тяжело дышал. Будто мы и в самом деле тут с Михаилом кулаками махали. Но рассказывать здоровенному мужику, который у тебя в целом не вызывает никаких отрицательных эмоций, о том, как ты чуть не натянул его жену — это тоже занятие такое… Калориисжигающее. И нервы, кстати, тоже.
Я смотрел на то, как на огромном Михином колене сжимается и разжимается здоровенный кулак. И прикидывал, чем бы я предпочел пожертвовать — челюстью или носом. И то, и другое мне не хотелось бы иметь сломанным. Но если все же выбирать…
— Так, я не понял, — вдруг хрипло заговорил Михаил. — У вас было чего или не было?
Интересный вопрос. Я потер висок. Миха — мужик прямой. И имеет в виду, скорее всего, что-то совершенно конкретное. Я повернул к нему лицо. Он смотрел на меня хмуро, исподлобья и сейчас очень походил на быка. И шея вон прямо багровая. Нет, лучше челюсть все-таки, наверное. Заодно и похудею немного, пока буду через трубочку полужидким питаться. И люди свои в челюстно-лицевой у меня есть. А нос жалко. Он Леське нравится.