встряхнуться: разные горки с бассейном из шариков тоже пойдут. В последнее время много
тянущей на своих хрупких плечах девчонке нужен этот билет в детство.
— Кафе, — Настя отвечает не сразу. Хм, неужели пытается делать вид, что ей не так уж
интересно или важно? — Я голодная.
— Нет проблем, — усмехаюсь, открывая перед ней дверь машины.
Такой типа джентльмен… С любой другой посчитал бы это неуместной показушностью, а с
Настей так естественно идёт, само собой. О ней хочется заботиться даже в мелочах — не ради
этикета.
За тот период, в который мы не виделись, я только острее это почувствовал. Не хотел
появляться в её жизни, пока не решу прям все проблемы — включая и те, что создал не я. Но не
удержался, увидев Настю в той клинике. Вот уж не ожидал, что она тоже задалась вопросом
схожести с Кариной. Хотя это не то чтобы удивительно должно быть — они реально как
близняшки.
Хотя почему «как»? Уж я-то знаю, что оно тут неуместно.
Пока едем в машине, настроение у меня всё сильнее зашкаливает. Настя сама заводит разговор.
Рассказывает, как задавалась вопросами схожести с Кариной, спрашивает, а верю ли я вообще
теоретически в двойников, которые никак друг с другом не связаны. Отвечаю, что мир настолько
огромен, а Вселенная так вообще, возможно, бесконечна; что исключать ничего не стоит. Но и
намекаю, что в случае её и Карины есть причины. Дальше мы рассуждаем на абстрактные темы о
масштабах Вселенной и других мирах…
Время до центра развлечений проходит быстро. Незаметно и непринуждённо. Прошлое на этот
момент не витает между мной и Настей.
Но очень резко накрывает, когда мы с ней всё-таки садимся в кафе. За соседним столиком
сидит блондинистый парень, и я резко вспоминаю того уебана, о котором ничего так и не знаю.
Не выяснил, даже когда о жизни Насти больше узнавал. Либо она скрывает свои отношения
слишком тщательно ото всех, либо он играет незначительную роль в её окружении — но какого
хера тогда в дом к нему зашла?
Так, стоп, не нужно выплёскивать пусть и давно скопившуюся ревность. Лучше поинтересоваться
о её личной жизни как-нибудь в расслабленном разговоре. Потом. Сейчас Настя явно думает
только о Карине. Снова нервничает…
Неуклюжие попытки от нас обоих начать с безобидной темы терпят крах. Я ведь прям чувствую,
что Настя больше толком не улавливает ничего. Совсем не как в машине было…
А я хочу так. Так что пора бы закрыть давно назревшую тему. Пусть это и непросто, там
довольно болезненные моменты, чтоб их.
— В общем, я провёл своё скрытое расследование, привлекая к нему только тех, кто будет
молчать и кому можно доверять, — решаю начать с того, чтобы Настя поняла: эта информация
будет только для неё. Я ничего не стану делать. Это девчонке решать, как дальше. — И то, что
я узнал… Ты готова?
Сам понимаю, что подводка так себе, стрёмная. Но ведь и информация запросто может
произвести эффект взорвавшейся бомбы. Тем более что я сейчас затрону мать Насти, которая
вообще-то уже довольно давно умерла.
— Готова, — тихий ответ. Не такой уж уверенный.