*****
— Как же не хочется с тобой расставаться сейчас, — говорю так спокойно, будто у меня сейчас
внутри не атомный взрыв происходит.
Мы уже возле дома Насти припарковались…
— Увы, слишком поздно… — она не говорит напрямую, что ей тоже, но, клянусь, слышу в её
голосе сожаление.
А ещё девчонка так и не выходит из машины… И всего этого более чем достаточно, чтобы
начать действовать. Придвигаюсь к ней. Смотрю прямо в глаза… Не шевелится. Явно понимает,
чего я хочу — воздух между нами осязаемо напряжён. Но Настя всё ещё на месте.
Первое же касание к её щеке обжигает. Приходится перевести дыхание, чтобы не наброситься на
Настю, как оголодалый дикарь.
Мы уже целовались. И не раз… Я слишком хорошо это помню.
Так же, как и вижу, что Настя не против повторить. Опускает взгляд мне на губы, и больше я
не медлю. Рывком преодолеваю расстояние и целую.
Чувствую её руку у меня на затылке. Проводит ногтями.. Не отталкивает.
И губами навстречу моим шевелит, едва ли понимая, что со мной делает сейчас. Ведь это
именно мы. Я, Слава, и она, Настя. Никаких больше игр и ролей. Никаких преград…
Кусаю ей губу, несдержанно напирая в поцелуе. Настя на это посасывает мою верхнюю, толкаясь
языком в рот. Такая же нетерпеливая… Совсем не как в наш первый поцелуй.
Ожидание определённо стоило того.
Но это с одной стороны… С другой, оно разожгло мой и без того неуёмный голод по этой
девчонке. И сам не замечаю, как мои руки чувствуют всё больше свободы. Перемещаются по её
телу жадно, лихорадочно. Одна уже сжимает грудь. Пока через кофточку, но уже под кожаной
курткой…
Замираю всего на секунды, вдруг уловив главное — Настя при это продолжает двигать языком
навстречу моему, никак не возражая тому, как я её лапаю. И, кажется, даже ближе ко мне
придвигается. Её руки тоже на мне. Одна на плече, вторая по волосам на затылке ведёт.
Ну всё…
Требовательнее тяну Настю на себя, насколько позволяет салон машины. На колени к себе
сажаю: получается тесно-тесно, но тем кайфовее. Да и Настя поддаётся… Помогает мне руками,
вовремя хватаясь то за сидение, то мне за плечи опять.
Наши губы при всём этом разъединяются, но зато взгляды встречаются…
Её глаза горят… Губы припухли и призывно раскрыты. Меня хватает только на несколько
секунд залипания на ней — потребность в действиях накрывает мощной волной, тем более
девчонка такая податливая…
Налегаю в поцелуе, не оставляя в покое ни её язык, ни губы. Тискаю, сжимаю, даже под
кофточку лезу. Засасываю и покусываю губы, которые чуть ли не самым живительным источником
сейчас кажутся, без которого просто сдохну.
Глава 22. Настя
— Карина всё-таки причинила мне боль сегодня, — непонятно зачем говорю Славе.
Вряд ли оправдаю этим то, что сижу у него на коленях, до сих пор чувствуя тот крышесносный
поцелуй на губах. Да и… Так ли нужно это оправдывать?
— Представляю, — хриплым шёпотом отзывается Слава, наклонившись так, чтобы чуть прикусить
мне мочку. При этом его рука сжимает мне попу, в то время, как вторая продолжает крепко
удерживать на его коленях. — Не представляешь, как она меня этим всем взбесила. Но такой уж