Аластриона задумалась. Карисса присела перед ней, взяла за плечи и пристально взглянула в черные глаза.
— Никакой знатный рыцарь не может сравниться с магом, Аластриона. Даже король по сравнению с тобой — просто ничтожество. Король — он кто? Всего лишь человек, облеченный властью, не всегда умный, не особо смелый, и уж точно жадный. Все, что он умеет — издавать глупые указы, устраивать приемы, жрать и пить. Он и шагу не может сделать без придворных. Да что там шагу — он даже задницу сам вытереть не в состоянии.
Девочка хихикнула.
— А теперь представь, Аластриона, что все доблестные рыцари служат такому королю, да еще считают это великой честью. Таков их человеческий удел. Смотри.
Карисса развернула голову девочки к реке и звонко щелкнула пальцами. Из воды выросли человеческие фигуры. Много фигур. И хотя все они были полупрозрачными, Аластриона отчетливо увидела в них рыцарей, закованных в латы, с поднятыми щитами и обнаженными мечами. Она даже слышала лязг доспехов и шуршание развевающихся на древках знамен. Рыцари шли вперед, выстроившись в боевом порядке, решительные и безжалостные. Внезапно налетела конница, и завязался бой: воздух задрожал от скрежета скрещенных мечей и боевых топоров, слышались конское ржание и крики раненых. Очень быстро фигуры из прозрачных стали багровыми, словно окрасились кровью.
— А хочешь увидеть, за кого они умирают? — вкрадчиво спросила Карисса и показала влево.
Аластриона повернула голову и увидела испуганного человека в королевских доспехах. Король прятался за походным троном, мелко дрожал и смотрел на выход из шатра круглыми от страха глазами. Он был в ужасе от скорого и неминуемого поражения.
Щелчок пальцами — храбрые рыцари, боевые жеребцы и трусливый король исчезли, превратившись в речную воду, прозрачную и безмятежную.
— Ты еще хочешь быть рыцарем?
Аластриона кивнула и, увидев в глазах наставницы зарождающееся разочарование, поспешно добавила:
— Только свободным рыцарем!
— Каким?
— Я не буду никому служить, не буду ни за кого сражаться, если сама этого не захочу. Я сама буду решать.
Карисса засмеялась и прижала девочку к себе.
— Тоже верно! Люди, даже самые знатные, не имеют власти над тобой!
Позади раздался шорох. В кустах мелькнула чья-то вихрастая голова.
— Это Олаф! — крикнула Аластриона.
Карисса с любопытством взглянула на нее.
— Мальчишка побежит в деревню и расскажет всем, что тут увидел. Что будешь делать?
Аластриона одернула мокрое платье и помчалась следом. Она уже взбиралась на пригорок, когда ее догнал голос наставницы:
— А если просто вспомнить, кто ты есть?!
Аластриона остановилась. Голые пятки Олафа и его серая рубаха мелькали все дальше. Девочка прикрыла глаза и сосредоточилась.
Из глубины леса раздался истошный крик. Олаф, уже скрывшийся из виду, появился вновь — его, цепляя ветками за рубаху, в обратном направлении швыряли деревья. Подкинутый веткой вяза, он сделал кувырок в воздухе и зацепился за длинную и гибкую ветвь тополя. Ветка отклонилась, словно тетива лука, и резко выпрямилась. Олаф орущей стрелой пролетел над девочкой и грохнулся на берег.