— Вот именно. Мясо. И никто из них не маг. Они просто стреляют и падают. Зато русские теряют время. Каждый день, что они тратят на штурм Берлина — наш день.
— А американцы? — спросил Халид. — Картер обещал помощь. Где она?
Мехмед-паша мрачно усмехнулся.
— Американский флот почти уничтожен в Северном море. Макаров сжег их авианосцы за сутки. Остатки ушли в Исландию. Картер орет на весь мир, что пришлет подкрепление, но не говорит, когда. Может, через месяц. Может, через год. А может, никогда. Ему надо думать, что будет с его страной, когда падет кайзер. Русские милосердны к врагам, но обид все же не прощают.
— Значит, мы сами, — констатировал Мухаммед ибн-Саид. — Как и всегда.
За столом зашумели. Вожди заговорили, перебивая друг друга.
— Мы не можем ждать русских. Если они придут сюда, нам конец!
— А можем ли мы взять Египет без помощи? Тутмос — некромант, он сдерживает нас уже полгода.
— Полгода, потому что вы все бабы!
— Сам ты баба, которая даже меч в руках держать не умеет!!!
— Не смей так говорить, сын осла!!! Мы уже потеряли два корпуса под Порт-Саидом! Два корпуса, понял?! Шестьдесят тысяч человек. Ваши персидские маги-огневики испепелили собственный обоз, а потом орали, что это диверсия. А турецкие инженеры в это время тащили на себе пушки под огнем фараоновой гвардии.
— Хватит, — подал голос бедуин. Он говорил тихо, но все замолчали. — Мы здесь не для того, чтобы выяснять, чей маг лучше делает свое дело. Мы здесь, чтобы решить, что делать дальше. Полгода мы топчемся на этом чертовом берегу. Полгода! За это время можно было дойти до Судана и обратно. А мы даже Суэцкий канал не перешли.
— Суэцкий канал набит кораблями фараона, — буркнул эмир Абдалла. — Там стоят его некромантские корветы. Мы пытались подойти — они поднимают со дна старые финикийские галеры, и те вылезают прямо перед носом наших катеров. И знаете, что самое обидное? Команда на этих галерах — дохлые рыбы. Буквально. Кости, облепленные тиной, и они управляют парусами.
— Я видел, — сказал шейх Фарук, старик-бербер. — Я видел, как одна такая галера навалилась на наш броненосец. Десять тысяч тонн железа, а она его просто… оттолкнула. Как пушинку. Мы потом три дня вылавливали уцелевших.
— Если ничего не предпринять, мы все умрем!!!
— Или фараон прибьет, или русские войска!!!
— Тишина! — рявкнул Аббас-мирза, и его голос перекрыл гам. Он постучал кулаком по столу — доски жалобно скрипнули. — Тишина, я сказал!
Все замолчали. Даже мухи, казалось, притихли.
—У нас есть три варианта. Первый — сидеть на месте и ждать, пока русские придут и спасут фараона. Тогда мы проиграли и остается только зарезаться. Второй — отступить в Сирию и там укрепляться. Тоже проигрыш, но с меньшими потерями. Третий — наступать. Сейчас. Неделя на подготовку, и удар по дельте Нила.
— Самоубийство, — буркнул эмир Абдалла.
— Почему? — спросил Халид аль-Мансур. — Мы уже столько времени давим египтян. У них нет резервов. Тутмос силен, но он один. Его маги выдохлись. Они отбивают атаки, но каждый раз с трудом. Если мы бросим все, что у нас есть — всех магов, всю артиллерию, всю авиацию — у нас есть шанс.