— Мне жаль, сынок. Как специалист, скажу. Прогресс есть. Но ей надо разобраться не только с памятью, но и с тем, хочет ли она бороться за вашу пару. У нее появился шанс начать жизнь заново. Поэтому, я советую тебе Иван, осторожно продумывать будущие шаги, чтобы не подтолкнуть ее к решению, которого ты не хочешь.
— Ну так, я могу сидеть и ждать, пока не дождусь развода…
Произнес слово «развод» и замер. Само это слово, относительно Машки и меня, еще месяц назад, казалось немыслимым….
— Да, Иван. Момент развода, я не исключаю… Маша запуталась, ищет ответы. Дай ей время и пространство для этого. Чем раньше она ответит себе на вопрос «Кто она?», тем раньше она перейдет к вопросу, «Кто ты?» для нее.
— Ты меня шокировала…
— Иван, я понимаю, что кажусь, бесчувственной, но лучше, знать реальность. Играть «на опережение». Тогда результат, в итоге, будет в твою пользу.
— Понял, хорошо. Спасибо мам. Буду думать. Давай, целую.
Я выключил телефон. Сижу, обхватив руками голову, осмысливал услышанное. В голове полная неразбериха… Развод, поездка, платье… Решение Маши уехать в Штаты, перекрыло все… Я выдохнул. Но легче не стало.
Зашел на кухню и увидел салатники, что Маша поставила нам с ней сегодня. Она так искренне улыбалась мне. Смотрела на меня, была со мной, все это время… Знала, что уезжает, но промолчала… Уезжает! На два, сука, месяца! И, ни слова!
Все. Мне сорвало резьбу. Я был заведен и остановиться уже не пытался.
Подошел к столу и с лету запустил кулаком по этим салатникам. Лупанул с размаху по ним, что было силы. Слышу звон. Салатники отлетели в стену, разлетевшись на сотню осколков.
Меня захватил гнев, «понесло» и уже не мог остановиться. Ногой их пинал об пол, чтоб в пыль. Затем развернулся и боднул с размаху стол ногой.
«Все к черту! Чтобы все, что на нем было, полетело к чертям собачим! Вместе с моими надеждами.»
Я крушил все, пока стол не превратился в труху и груду обломков.
Все, вроде выдохся… Облокотился на стену и совершенно без сил, сполз по стене. Сижу на полу, среди всего этого. Кулаки все еще сжимаю, дышу тяжело. Глаза мои, невидящим отупевшим от отчаяния взглядом в окно уставились. Но не вижу ничего. Тьма в душе…
— Ваааня! Иван⁈ Эй, ты дома?
Из коридора раздался знакомый, хриплый голос. Дашка. Зашла ко мне без звонка. Видимо, когда вошел, я снова не закрыл дверь на ключ.
— Вань, ты в порядке? Ну ничего себе… О-офигеть!
Дашка огляделась. Смотрит, в шоке, по сторонам. На осколки от посуды и остатки стола, от которого можно было узнать, только уцелевшие крепления. Посмотрела на меня и покачав головой, выдохнула, опустив глаза.
Я не смотрел на нее. Сидел и смотрел в одну точку. Дашка, свой человек. При ней я мог оставаться собой и не «играть» в вежливость. Закрыл глаза. В горле стоит ком гнева и боли. Нет сил говорить.
Дашка достала сигареты с зажигалкой и закурила. Села, рядом со мной на пол и молча делала затяжку за затяжкой.
Протянула и мне сигарету, но я отказался. Не знал, что она курит. Хотя, я ей не отец. Дашка, достаточно взрослая, чтобы определиться с этим, в своей жизни.