Мне хочется верить сыну, когда он говорит, что только писал посты, но Коннор так долго лгал насчет своего участия, что мне до сих пор сложно полностью ему доверять. Поэтому я отвечаю Индири:
– Власти не нашли никаких доказательств еще какой-то его вовлеченности, за исключением постов в открытом доступе.
Совершенно очевидно, что два спецагента находят возможную связь между моим сыном и Купером Кунцем весьма интригующей. От этого мне становится не по себе. Одно дело, когда они подозревают меня, и совсем другое будет, если ФБР попытается втянуть Коннора.
Я встаю и собираю со стола кружки, давая понять, что разговор окончен.
– Если это все, что вы хотели спросить, мне пора возвращаться к работе, – говорю им.
Оба встают. Рен сует руку в карман, вытаскивает визитную карточку и кладет ее на стол:
– Если найдете время отправить мне фотографии чеков, о которых упоминали ранее, а также контактную информацию вашей подруги Кец, буду вам крайне признательна.
Сама не знаю, почему меня удивляет ее просьба. Строгое требование всех протоколов – до конца проверять алиби подозреваемого. Я просто решила, что предоставила достаточно информации, чтобы подозрения с меня были сняты. То, что она не уверена в моем алиби, означает, что я все еще подозреваемая. Надеюсь, проверка положит этому конец.
Я сопровождаю двух спецагентов к выходу, жму им руки и захлопываю за ними дверь. По привычке сразу же запираю замок и активирую сигнализацию. Вернувшись в офис, пробую позвонить Сэму – рассказать о визите ФБР, – но телефон переключается на голосовую почту. Бросаю взгляд на часы – только перевалило за полдень, и у меня еще куча работы, но мой мозг просто не способен сейчас на чем-нибудь сосредоточиться.
Внезапно я обнаруживаю, что уставилась на фото могилы Мэлвина… бывшей могилы, если уж быть точной. Кто-то умудрился не только похитить его тело, но и скрыть все следы. Не найди полиция фалангу его пальца на месте убийства Купера Кунца, пропажу тела Мэлвина вообще не обнаружили бы. А это означает, что тот, кто его откопал, не хотел, чтобы о его преступлении узнали сразу же, зато теперь ему все равно. Так что изменилось?
Для извлечения костей Мэлвина из могилы потребовалась чертова прорва усилий. На современных кладбищах тела хоронят на глубине полутора метров, и вручную гроб придется откапывать много часов. К тому же работать пришлось бы по ночам, при минимальном освещении, чтобы никто не заметил. А вскрыв гроб, им пришлось бы как-то перетаскивать останки Мэлвина. Извлечь останки, подвергшиеся разложению (в зависимости от того, сколько они пролежали в земле), – это не то же самое, что перекинуть труп через плечо или увезти в тележке. Нужно транспортное средство где-то поблизости. А потом пришлось бы еще закапывать обратно гроб, утрамбовывать землю, чтобы не осталось холмика, все подчищать и ликвидировать следы…
Качаю головой, пытаясь продумать последовательность действий. Самым разумным было бы использовать мини-экскаватор. В наши дни они применяются почти на всех кладбищах. Но как бы расхититель могил применил технику, не обратив на себя внимания?