«Молодец, Селеста, – убедилась, что на кладбище может появиться неустановленный подселенец. Лучше бы сразу бежала стражу вызывать. Если два человека закапывают труп, то им без разницы, сколько людей хоронить: одного или парочку. Я как раз немного похудела со всеми этими свиданиями и стала еще компактнее».
Стараясь не дышать, я поползла обратно, опять запнувшись о могилку Томаса. Надо будет завтра ему косточку принести, что ли.
Радовало только то, что эта парочка как‑то лениво махала лопатами. Пока они выроют приличную яму, я спокойно успею вызвать стражу. Даже если я им польщу, то все равно час минимум у меня в запасе есть.
От нетерпения я приплясывала у ворот, дожидаясь служителей закона. Вот будет весело, если парочка копателей сбежит. Как я их буду описывать? Все, что удалось запомнить – это плащи. Редкая примета, согласна. Каждого второго в дождь на улице можно задерживать.
Однако этой ночью удивления не закончились на подозрительных типах с лопатами. На меня, размахивая букетом, словно флагом, бежал Артур Лейн. Я его сначала даже не признала в смокинге и чуть стрелой не прибила. В свое оправдание хочу сказать, что бегущий ночью к воротам кладбища разодетый франт с букетом никаких добрых мыслей не вызывает. Вряд ли он забыл о годовщине смерти бабушки и спешит нанести визит, пока дух старушки сам не пришел, чтобы прочесть нотацию внуку.
– Вы? – удивился мне инспектор.
– Я, – скромно кивнула в ответ. – А вы один? Просто там их двое.
– Кого двое? – насторожился Артур.
– Два типа в плащах, – пожала я плечами. Уж не думал ли инспектор, будто я пойду знакомиться со всякими подозрительными типами, чтобы потом ему выдать всю информацию? – Они что‑то закапывают на кладбище. Сверток очень похож на завернутое тело, хотя говорили о товаре.
– Селеста, – как‑то слишком нервно произнес мое имя инспектор, – надеюсь, у вас ума хватило не соваться к ним?
– Ну я же здесь стою, – поспешно отвела взгляд в сторону, не желая признаваться в шпионской деятельности. – А не вокруг копателей прыгаю. А вы откуда такой нарядный?
Попытка перевести тему вышла не очень удачной, потому что Артур странно засуетился, сминая в руках цветы.
– Да я… это… – он озадаченно осмотрелся по сторонам, словно сам не понимал, как здесь оказался. – По делам был недалеко. В участок стражи зашел перед… В общем, зашел, а тут дежурный крикнул, что с кладбища вызов. А вся стража на патруле. Как хоть один отряд вернется, так его сюда и пришлют.
– М‑м, – протянула я, потирая подбородок. – Какая хорошая система. То есть, если бы не вы, то неизвестно, когда бы сюда прибыл отряд. Так? И куда это вы шли поздно ночью мимо участка? – тоном ревнивой жены поинтересовалась я.
– По делам, – процедил сквозь зубы Артур. Наши взгляды сошлись на букете. – Хорошо, я пытался снять ваше проклятие.
– Какое проклятие? – нахмурилась я. Первый раз слышу, чтобы проклятие снимали с помощью букета.
– Ваше, – с тяжелым вздохом признался инспектор.
Вот чего не люблю в жизни, так это получать незаслуженные обвинения. Сразу хочется их заслужить.