– О том, что не стоит разрывать могилы? – нахмурилась я. Наша беседа виляла, как очень отчаявшаяся женщина бедрами.
– И об этом тоже, – Артур и сам выглядел озадаченным, будто пытался вспомнить, с чего все началось. – Ах да. Призраки опасны. И вы сами это подтвердили.
– Я никогда и не говорила обратного, – пожала плечами в ответ. – Можно подумать, что все ваши преступники – безобидные люди, любующиеся ромашками.
– Их хотя бы я могу засадить за решетку, – сурово бросил Артур. – И засажу.
– Прямо всех? – восхищенно прижала я ладони к груди.
Инспектор неожиданно порозовел щеками и отвел взгляд в сторону:
– Кого смогу, – скромно заявил он о своих амбициях. – Ну, а как я должен задерживать призрака? – Артур забавно помахал руками, намекая на проблемы захвата воздуха. – А что эти ваши бестелесные? Они же ничего не боятся. Что им закон? Вот у меня в детстве был друг. Как‑то он узнал о призраке на кладбище, который может рассказать, где спрятан клад. – Звучит весьма знакомо. – Друг действительно встретился с призраком. Тот его отправил в лес. Пока друг туда шел, споткнулся и упал в яму. И остался дурачком.
– Подозреваю, что он и без духа был дурачком, – усмехнулась я. – Тащиться ночью неизвестно куда ради сомнительной наживы… Мало ли что дух мог иметь в виду под кладом. Может, это были дорогие его сердцу стоптанные ботинки.
Артур Лейн неодобрительно поджал губы. Сразу видно человека, не любящего, когда кто‑то трогает его нежно взлелеянные убеждения.
– А еще мы разрабатывали группировку, торгующую запрещенкой. Они схрон себе возле одного могильника уже устроили. Мы пока там копались, на нашего некроманта напал бешеный дух. Вселился в него и заставил себя все лицо разодрать.
– А вы маленьких детей за то, что они писаются, тоже ругаете? – прищурилась я. В целом мне нравилось спорить с инспектором. Он так забавно чуть надувал щеки, когда возмущался. – В старом могильнике ничего хорошего жить не будет. Разбуженный дух не всегда сохраняет разум. Ваш некромант сам виноват. Техника безопасности придумана не ради ученических страданий, когда ее заставляют зазубривать.
– Вы еще скажите, что духи – это хорошо… – недовольное ворчание Артура прервал деликатный стук. Судя по звукам снаружи, просто в момент драки кто‑то вписался головой не в противника, а в дверь.
– Так, – инспектор бросил задумчивый взгляд на меня. – Вы сидите здесь. И никуда не уходите. Если я возвращаюсь, а вас нет в кабинете… пойдете знакомиться с новыми вонючими друзьями. Ясно?
– Предельно, – я невинно улыбнулась. – А чаю не принесете? С печеньками?
Выдохнув «это не женщина, это беда», инспектор покачал головой и вышел из кабинета.
Минут через пять мне стало скучно. Воровато оглянувшись, я одним пальцем подтянула к себе по столешнице исписанный листок. Неожиданно объяснительная, о том, почему некий Варс Тремс сидел ночью на крыше ратуши в обнимку со шпилем, оказалась весьма увлекательным чтивом. Тут и погони, и драки, и героический подвиг. А спонсором занимательного приключения стал некачественный спирт, распитый с друзьями. Объяснительных от друзей не было, поэтому за них стало капельку переживательно.