Она не собиралась на концерт – слишком боялась, что головорезы Риччи увидят ее и доложат лидеру Альтиссимо, – но она помогла мне одеться и подготовиться к выходу. Часть меня просто хотела заползти обратно в постель и продолжить наши девчачьи разговоры, но я не могла пропустить этот концерт. Это было первое выступление Анджело в составе «Беллероуз», и предвкушение трепетало во мне с каждым вздохом.
Я не собиралась пропускать концерт, но и задерживаться там на дольше, чем необходимо, не хотела. Не тогда, когда мои разорванные воспоминания все еще кричали мне, что Грейсон убил моих родителей, пытался убить меня и в процессе убил моего ребенка. Поэтому я пропустила саундчек, и охрана доставила меня на место как раз в тот момент, когда они выбегали на сцену после выступления группы на разогреве.
Ретт заметил меня за кулисами, когда дошел до своей позиции, и немедленно подбежал ко мне.
— Э-э-э, разве ты не должен был начинать? — Пролепетала я, указывая туда, где Джейс брал микрофон, и спрашивая кричащую толпу: — Как дела, Дублин?
Ретт только ухмыльнулся и обхватил мое лицо ладонями, гитара свободно болталась у него за спиной на ремне. — Привет, детка, — сказал он хриплым голосом. — Я скучал по тебе.
То, как он поцеловал меня, почти заставило меня забыть, где мы находимся, и мое тело на мгновение растаяло рядом с ним. Затем резкий стук барабанов Грейсона вернул нас к реальности, и я подтолкнула Ретта. — Вперед, — приказала я со смехом. — Зажги, Зеп. Ты рок-звезда, помнишь?
Он зажал зубами пирсинг в губе, бросив на меня голодный взгляд, и обхватил свой член, чтобы поправить. — Продолжим позже, Торн!
— Определенно, — согласилась я, но он уже бежал обратно через сцену со своей гитарой в руке.
— А, вот и он. Ретт Сильвер, дамы и господа… — Джейс протянул вступление в микрофон, пока толпа улюлюкала. — Модно опоздал, но лучше поздно, чем никогда, братан.
Ретт лишь сверкнул зубастой улыбкой и показал Джейсу средний палец. Гребаные рок-звезды.
Джейс произнес вступительную речь об Анджело, во время которой крики достигли оглушительной высоты, затем он призвал к минуте молчания в знак уважения к Фло. Затем послышалось несколько рыданий, и моя грудь сжалась от горя. Она заслуживала лучшего, чем тот конец, который ей достался. Я все еще ясно, как день, видела перед глазами ее убийство, как легко нож скользнул по ее горлу. Кровь. Так много крови.
Обхватив себя руками, я села на ящик с оборудованием, чтобы послушать первую песню, которую начали исполнять «Беллероуз». Это была старая песня, которую я слышала, как они репетировали дома у Грейсона в начале недели, но звучала она совершенно неправильно.
— Что за черт? — спросил кто-то поблизости, и я, оглянувшись, увидела нового тур-менеджера Ханну, хмуро смотрящую на сцену. Она бросила на меня быстрый взгляд, затем вздохнула. — Черт возьми.
Я нахмурилась. — Что?
— Они все не синхронизированы. Грейсон начал быстрее, чем они обычно играют, а Анджело не успевает. Ретт и Джейс просто сбиты с толку, пытаются все сгладить. Они в гребаном беспорядке, и я не могу сказать, что я в шоке после того полета. — Ее острый взгляд говорил о том, что она возлагает на меня, по крайней мере частично, ответственность за сегодняшнее состояние «Беллероуз». Она не сердилась и не обвиняла, но факты есть факты.