Точно так же, как я сделала у Грейсона дома, когда Анджело впервые вернулся из больницы, я обняла его каждой частичкой себя, и его стон, когда он поднял меня с пола, вызвал жар в моем сердце.
Горячее, чем может дать любой алкоголь.
— Белла, — пророкотал он, его губы коснулись моих.
Наш последний поцелуй был в гневе, но этот был наполнен таким количеством эмоций.
Боль, надежда, вожделение и… любовь.
Как и в случае с Джейсом, мы могли быть порознь, но любовь никуда не делась.
Это была любовь на всю жизнь, и у меня были чертовски большие проблемы со всеми этими мужчинами.
Как можно выжить без своего сердца?
Теперь мне было что терять.
двадцать четыре
БИЛЛИ
Мой поцелуй с Анджело длился всего несколько жарких, украденных мгновений, но этого было достаточно, чтобы потрясти меня до глубины души. Когда песня сменилась, мы естественным образом отдалились друг от друга, наши тела двигались в такт, и вскоре я уже танцевала – и терлась – с Реттом, пока проходящая мимо официантка раздавала нам желейные шоты. Когда я снова обернулась, Анджело нигде не было видно. Как и Ви.
Неприятная лента беспокойства обвилась вокруг моей груди, но я быстро убедила себя, что они просто пошли за выпивкой. Или пописать. Или еще что-нибудь. Кроме того, я была настолько пьяна, что было легко забыть и простопотеряться в моменте. Музыка, свет, напитки… Руки Ретта. Я была так зависима от его прикосновений, что забыла, где мы находимся, пока вспышка фотоаппарата не осветила танцпол рядом с моим лицом.
— Черт, — вздохнул Ретт. — Нам нужно идти. Сегодня здесь слишком много камер.
Джейс сидел один за нашим столиком с бокалом в руке и хмурым выражением лица. Когда Ретт спросил, где все были, Джейс просто пожал плечами и одним глотком допил свой напиток.
— Мы закончили? — спросил он, поднимаясь со своего места с тем же дерьмовым выражением лица, которое все еще хмурило его лоб.
Я была достаточно пьяна, чтобы затеять с ним драку из-за этого, но здравый смысл возобладал, когда я вспомнила, что камеры телефонов были повернуты в нашу сторону. Поэтому я прикусила язык и позволила им вывести меня из клуба, пока рука Ретта собственнически лежала у меня на плечах.
Казалось, сработало еще больше вспышек, когда наша охрана подъехала на машине, но, возможно, я просто была параноиком. Может быть, это были обычные клубные огни? Джейс разговаривал по телефону, его пальцы порхали по экрану, пока он ждал, когда мы с Реттом заберемся на заднее сиденье, прежде чем сесть с другой стороны от меня.
— Я сказал остальным, что мы возвращаемся в отель, — объявил он, когда наш водитель отъехал от клуба. Эта машина не была просторным лимузином, на котором мы все приехали, просто стандартным затемненным внедорожником, что означало, что я втиснулась на крошечное среднее сиденье с двумя большими, татуированными, потными рок-звездами по обе стороны от меня.
Можно ли менядействительно винить за воспоминания о нашем единственном тройничке? Я была всего лишь человеком, к тому же подвыпившей.
— И мы уже в«Грязной Истине» , — простонал Ретт, выдернув меня из моих сексуальных мыслей. Судя по всему, его голова была занята совсем другим, потому что он уставился в экран телефона с раздражением. — На этот раз они подписали фотографии как присланные кем-то другим, так что у нас до сих пор нет зацепок, кто стоит за блогом.