После «Объявляю вас мужем и женой» и очередного удара в живот я потеряла сознание. Пришла в себя уже здесь. Все еще в свадебном платье, только порванном. Обнаружила, что живого места на мне нет и какие-то незнакомые коротко-остриженные женщины пытаются меня подлатать.
И самое мерзкое – я все еще без понятия, где оказалась.
— Мне нужен телефон, – говорю я.– Пожалуйста, дайте позвонить.
— Позвонить?
— Да, мне нужен телефон! Мобильник. Трубка. Сотовый. Вы не знаете, что это такое?
Женщины мотают головами, не понимая, и явно побаиваясь меня. Думают, что я с прибабахом.
Глубоко вдыхаю и начинаю мысленно говорить сама с собой.
Так, спокойно, Аня. Спокойно. Все наладится. Ты выпутаешься. Ты все преодолеешь и вернешься домой, в свой привычный мир. Ты не из таких переделок выпутывалась.
А переделок в моей жизни было много.
Сколько себя помню, нашей семье были нужны деньги. Отец много пил, а мама тащила на себе нас с братом. Мой младший брат, всегда был умным малым и должен был пойти учиться на физмат в какой-нибудь крутой универ, а я… как старшая приняла решение не тратить время на высшее образование и сразу нашла работу, чтобы помогать семье.
Поэтому к двадцати годам я успела сменить кучу работ. И похоронить детскую мечту о том, чтобы стать врачом. На врача слишком долго учиться.
Любви в моей жизни тоже не было. Подружки с упоением рассказывали о своих парнях, я же молча качала головой, понимая, что все это не для меня. Не доверяла я мужчинам. Опыт с отцом-алкоголиком показал, что лучше быть одной, чем с неподходящим человеком. А подходящего я не встретила. И уже отчаялась встретить.
Но даже так. У меня была хорошая жизнь. И я намерена вернуть ее обратно!
Резко поднимаюсь, тут же пошатываюсь.
Все-таки искалеченное тело дает о себе знать.
Глава 2
Жены переглядываются и как-то тушуются.
А у меня совсем уже каша в голове.
Ясное дело – я не во сне. Во снах не бывает так больно. Тогда где я? Умерла и попала в ад за прегрешения. Да, на ад это вполне похоже.
Или это не ад, а просто другой мир? Даже если и так, я не намерена сдаваться.
— Ну же, договаривайте, — говорю я. – Лорд Бейт второй, а кто первый?
Вот с этим первым мне и надо будет подружиться и просить у него защиты. Да, закон джунглей. Хочешь сбежать, беги к тому, кто сильнее.
— Пятая, о нем запрещено разговаривать… — ко мне делают шаг ближе, я же отстраняюсь.
Пятая? Это еще что такое? Мое новое имя?! Мы что в концлагере и все по номерам? Вон первая жена, вон вторая… а я пятая.
Класс. Давайте еще имена друг друга забудем. Правильно, зачем нам имена?
— Без сомнения, именно лорд Бейт самый влиятельный в городе, — встревает в разговор другая жена, судя по возрасту, как раз Первая. – Он же градоначальник. И хватит уже разговоров. Берите ножницы, надо остричь Пятую к брачной ночи.
— Вы всех молодых жен стрижете? – медленно отстраняюсь.
— Только жен градоначальника. Не выкобенивайся. Лорд Бейт так любит.
Какое унижение. Волосы-то мои в чем виноваты?
Продолжаю отступать.
Этот старый садист еще и градоначальник. И слово-то какое, из прошлых веков. Градоначальник.