Наш дом находился на окраине среди таких же одинаковых трехэтажных домов, прислоненных друг к другу почти вплотную. Лишь между доходными домами и лавками были узкие сырые улочки, ведущие к набережным. Но я не стала сразу бросаться туда, вместо этого забежала в игральный салон, где за круглыми столами лениво перекидывались картами несколько мужчин.
— Где здесь черный выход? — прерывисто дыша, спросила я.
Один из мужчин поднял на меня мутный взгляд, медленно оглядел, заставив занервничать еще сильнее, и только потом ткнул пальцем себе за спину. Я без лишних слов бросилась туда, забыв даже поблагодарить.
Выбежав на улицу, я невольно поежилась от сильного порыва ветра. Это немного привело меня в чувство, и я ощутила сильную боль в левой ноге. Кажется, падение было не таким уж и удачным.
Я пыталась уравнять дыхание, глубоко дыша, но при каждом вдохе под ребрами остро покалывало, поэтому я оставила попытки и начала дышать более спокойно. Это было не так уж и плохо, потому что у набережных всегда был не очень приятный запах: что-то среднее между тухлой картошкой, которую продавали возле дороги, и сырой рыбой.
Зато здесь не должны были ходить стражи с артефактами, способными распознать магию предназначенных. О таких я знала с детства и поэтому почти не пользовалась своей на людях, чтобы не рисковать быть обнаруженной. И в храмы, где проверяли девочек с одиннадцати до пятнадцати, тоже не ходила.
Идя по мощеной дороге, я старалась двигаться как можно более спокойно, чтобы не вызвать подозрения. До сих пор я точно не знала, как Рейнар ощущал туманную магию: по запаху или какому-то магическому следу, но решила, что смешаться с другими запахами будет нелишним, тем более я все равно пока не знала, куда мне идти. Хорошо хоть не с пустыми руками в этот раз ушла из дома, но было жаль потерянного артефакта. Выходит, зря я много лет по чуть-чуть забирала у отчима магию в надежде зажить спокойно.
Шанс найти другого туманщики был даже меньше, чем встретить тёмного генерала.
Люди, обладающие туманной магии, конечно, были не так редки, как темные, но за ними шел строгий контроль. Из-за близости с проклятой пустошью такие маги начали рождаться с каждым поколением все чаще. Несмотря на защитный купол, защищающий империю от монстров с той стороны, магия все же просачивалась. По крайней мере, так это объяснил людям император. Мама вот никогда ему не верила.
Но туманщики очень полезны для империи, их магия разнообразна: они могут накладывать иллюзии, обманывать разум, затуманивать сознание. Немудрено, что обычные люди с давних пор их боятся. Но, опять же, не так, как тёмных генералов.
Поэтому встретить туманщика в пределах города случайно мне все равно вряд ли бы удалось, а идти за пределы купола было бы сродни самоубийству, а это означало, что надежда на то, чтобы сделать туманный артефакт одинаково мала с ним и без него.
Но хотя бы у меня оставался медальон мамы, который с такими свойствами вряд ли был простым украшением. Мне хотелось тщательно его изучить, чтобы понять, как так получилось, что после смерти он перенес меня обратно во времени.