Глава 1.
ДЖАСТИН
Я лежу на животе, приподняв бёдра, и чувствую, как Томас входит в меня — медленно, глубоко, так, что каждый сантиметр его плоти заполняет меня до краёв. Простыня под моими пальцами сбилась в мокрый комок, и я сжимаю её, чтобы не потерять равновесие. Воздух в спальне тяжёлый, пропитанный нашим дыханием, потом и запахом его одеколона — терпкого, с нотами кожи и табака, который я выучила наизусть за эти годы.
Его руки лежат на моих бёдрах, пальцы впиваются в кожу с той силой, которая оставляет следы — я увижу их завтра утром в зеркале и улыбнусь. Я люблю эти следы. Они напоминают мне, что я принадлежу ему, что он хочет меня, что я всё ещё способна пробуждать в мужчине эту первобытную, животную страсть.
Он двигается ритмично, уверенно, без суеты, и я чувствую, как его головка касается самой глубокой точки внутри меня — там, где начинается моё нутро, где тепло и влажно, где каждый толчок отдаётся электрическим разрядом, проходящим по позвоночнику и заставляющим мои пальцы ног подгибаться.
— Ох, я уже близко, любовь моя, — выдыхает он мне прямо в ухо, и я ощущаю его горячее дыхание на своей шее. Он прикусывает мочку моего уха — легонько, почти невесомо, но эта искорка боли смешивается с наслаждением, и я непроизвольно выгибаю спину, прижимаясь к нему ещё теснее. — Ты такая мокрая, девочка. Я чувствую, как ты течёшь для меня. Ты вся дрожишь…
— Ммм… — вырывается у меня низкий, гортанный стон, и я сама удивляюсь этому звуку — он идёт из самой глубины моего нутра. Я откидываю голову назад и прижимаюсь затылком к его плечу, чувствуя, как его щетина царапает мою кожу. — Томас, не останавливайся… Пожалуйста… Я хочу чувствовать тебя до самого конца.
Он ускоряется — совсем чуть-чуть, но я ощущаю каждое движение: как он выходит почти полностью, оставляя внутри только кончик, а затем медленно, мучительно медленно, погружается обратно, до самого основания. Мне кажется, я чувствую его пульсацию — ритмичную, мощную, как удар сердца. Его член упирается в мою шейку матки, и от этого давления у меня темнеет в глазах.
— Ты уверена, любовь моя? — шепчет он, и в его голосе появляется та особенная хрипотца, которая бывает только в моменты, когда он теряет контроль. Он замирает на мгновение, и я чувствую, как его пальцы сжимают мои бёдра сильнее, оставляя багровые полумесяцы. — Ты же знаешь… если я кончу в тебя… это может повториться. Как в прошлый раз.
Я усмехаюсь — тихо, с той дерзкой интонацией, которую он так любит. Я сжимаю внутренние мышцы вокруг него, и он вздрагивает, издавая глухой стон, который вибрирует у моего затылка.
— Я знаю, Томас. Я помню. И я хочу этого снова, — говорю я, и голос мой звучит твёрже, чем я сама ожидала. — Я хочу чувствовать тебя внутри меня. Хочу, чтобы ты наполнил меня. Хочу носить твоего ребёнка, если судьбе будет угодно. Сделай меня своей. Сейчас. Прямо сейчас. Я не боюсь. Я хочу этого.
Он выдыхает ругательство — короткое, смачное, которое всегда заставляет моё сердце биться быстрее, потому что в нём слышится та самая потеря контроля, которую он обычно так тщательно скрывает.