Вообще-то ситуация идеальная — сейчас не в меру жадный директор школы моделей расколет Соло, она сообщит координаты базы, я подслушаю и пристрелю обоих, и вот кстати телефон для связи с начальством уже есть. Красота, даже руки пачкать не придется! Врать Соло вряд ли решится — должна понимать, что после проверки информации ее ждет новая серия допросов, уже в более приспособленных условиях.
Вот только… ничего ему Соло не скажет. Потому что кроме этого бизнеса, у нее в жизни нет ничего. А без бизнеса не будет дома, где можно запереться, как в башне, и проводить жизнь в одиночестве. Если я что-то о Соло смогла понять — она приложила кучу усилий к тому, чтобы обустроить все именно так, и жить иначе не сможет и не захочет.
И кстати — я осторожно высунулась и посмотрела вниз — плешивый не слишком-то опытный дознаватель. Если тебе нужны от человека ответы, самое глупое, что можно сделать — это бить его по голове.
— А ну смотреть на меня! — взвыл плешивый. — Ты что?.. Merde, она вырубилась. Придется тащить к себе… Эй, Жан-Люк, где тебя черти носят?
Я вышла в пролет, прицелилась и выстрелила плешивому в колено. Потом неспешно спустилась, придерживаясь за стену, чтобы не рухнуть, но напустив на себя расслабленный вид.
— Жан-Люк толкает вверх ромашки, — сообщила я. — Остальные тоже.
Зря, что ли, я в последнее время интенсивно расширяла словарный запас? Вот какую козырную идиому выучила.
Плешивый скорчился на полу, шипя от боли. Его пистолет так и остался в кобуре, но я на всякий случай его забрала.
— Девочка, ты совершаешь ошибку, — забормотал плешивый. — У меня дорогой товар и много денег, девочка! Не убивай — и я заплачу тебе! Много, столько у тебя не было никогда! А хочешь, возьму тебя в долю? Скажи, сколько ты стоишь, девочка?
Хм, а правда, сколько я стою? Меня же так и не успели оценить…
— Много денег, говоришь?
— Очень много! Прибыльное дело!
— А эта твоя школа моделей — как она называется?
Плешивый отчего-то замялся — почуял подвох. Я склонилась к нему:
— Что, ножка болит?
И от души пнула простреленное колено. Дядька завыл.
— Название школы! — я перевела пистолет на второе колено. — И где она находится?
— «Балканская пантера»! — выкрикнул плешивый. — Белград, Кнез Михаилова, 8!
— Спасибо за вашу искренность, — сказала я и добила его выстрелом в грудь.
Балканы, конечно, не мой регион, но там у Государства Российского влияния побольше, чем в Африке. Похабную эту школу нужно закрыть, потому что не этот дядька — так кто-то другой найдет способ нажиться на девической наивности. Мачоси — крупнейшая работорговая база, но не единственная на Тверди.
А моя работа продолжается здесь. И Соло — по-прежнему единственный выход на Мачоси. Теперь чуть больше уверенности, что она знает, где это… по крайней мере эти жулики были убеждены, что она знает — вероятно, имели на то основания.
Шипя от боли, я добрела до нашей машины. Достала из багажника аптечку, вколола себе анальгетик — в голове сразу прояснилось. Взяла бутылку с водой, половину выпила сама, остаток принесла в здание благотворительного центра и вылила Соло на распухшее, наливающееся синяками лицо.