— Говори! Или пытка будет вечной! — остриё серпа впилось в бедро жертвы, артефакт завибрировал и засиял, впитывая энергию.
— Мы с директором УК «Наш город» встречаемся, — всхлипывая шепнула начальница. — И иногда он дарит мне подарки. Ничего серьезного, цветы, кольца, цепочки…
— Но это могут счесть конфликтом интересов и поводом для отставки, молодец! Хорошо что ты знаешь про черное зеркало и похищение Ольги?
Начальница ошарашено спросила:
— Какое зеркало? О чём вы?
Мара и Лида ещё десять минут терзали начальницу, но ничего нового не узнали.
*************
Лида проснулась и вскочила на ноги. Лицо журналистки побледнело, губы посинели, серп пылал десятками кровавых рун. Сидевшая рядом Яна ахнула и спросила:
— Наставница, как я должна помочь? — бывшая жрица чуть склонилась.
— Никак, чашу гнева лишь мне одной достойно пить, — Лида покрутила в руках серп и добавила: — Прокурор в комнате у феи?
— Учительница, нельзя использовать серп больше одного раза в неделю, его аппетиты растут… — прошептала Яна.
— Как и мои! — Лида, зыркнув из-под лобья черными глазами, поклонилась луне и заснула.
Желтовато-синий силуэт выскользнул из тела, пролетел по коридору и просочился в щель под закрытой дверью. Прокурор спал в бурлящей ванне-джакузи рядом с кроватью, усыпанной подушками.
Остроухая, светлоглазая девушка с огромными синими крыльями бабочки сидела у его изголовья и трепала седеющие волосы. Она смотрела в одну точку, чуть приоткрыв расплывшийся в улыбке рот, и изредка вздрагивала.
Приблизившись, Лида провалилась в общее видение прокурора и феи.
Лида и Мара в облике близняшек в черно-красных сарафанах оказались на огромной трибуне из бело-золотого мрамора. Рядом в пурпурной тоге и золотых доспехах на троне сидел городской прокурор. Фея в обличье соблазнительного, пышногрудого ангела примостилась на коленях.
Лида и Мара синхронно фыркнули и скривились.
— Добро пожаловать на милостивый и всеблагой суд величайшего из прокуроров, — пропела фея-ангел, одетая лишь в белую тогу, едва доходившую до середины бедра.
Мара и Лида шумно выдохнули и осмотрелись.
Вокруг располагались сотни прозрачных шаров с пытаемыми известными, выдуманными и неизвестными личностями. Вечно четвертуемый и воскресающий Наполеон соседствовал здесь с поедаемым крысами Ганнибалом Лектором и неизвестной женщиной, умирающей под горой учебников химии.
Мимо шаров пыток на коленях ползли тысяча связанных заключенных в полосатых робах. Ближе всего к трону судьи подползли известные в городе личности: мэр, депутаты, пара артистов и журналистов. Был здесь Наимов, Самохвалов и даже Колесников.
Прокурор шевельнул указательным пальчиком, и миллиардер пополз в круг света перед трибуной.
Не дожидаясь команды, олигарх начал сознаваться во всех невероятных преступлениях. Прокурор и фея-ангел слушали его вполуха, поминутно целуясь, обнимаясь и щекоча друг друга.
Наконец миллиардер замолк, и прокурор пробасил:
— Какая кара поможет тебе искупить преступления? — улыбка расплылась по лицу мужчины. — Если придумаешь достаточное наказание, то будешь мучиться один день, а если слишком мягкое, то вечность!