— Может, кофе? Или чай? У меня где-то печенье было, — редактор ухмыльнулся, причмокнул и зашарил в ящике стола, — или шоколад хочешь? Коньяк?
— Снова вы шутите, а у меня к вам важное дело.
Лида положила на стол флешку.
Самохвалов проворно схватил и быстро вставил в компьютер, открыл файлы. Улыбка не ушла, изменилась. Растянутые уголки губ замерли, брови нахмурились. Взгляд бегал по монитору. Начальник листал документы молча. Через несколько минут оторвался от экрана.
— Интересно девки пляшут, — сказал мужчина, щёлкая мышкой по скриншотам. — Так-так…
Редактор закрыл документ, на секунду прикрыл глаза. Положил толстые руки на документ на столе, и убрал его в стол. Развернулся к Лиде, разводя пухлыми руками, и заговорил:
— Сначала проясним детали, ведь они важны! — Самохвалов скопировал файлы и вернул флешку. — Давай быстро, какой основной посыл? Что именно ты доказываешь?
— Хищение 80 миллионов на ремонте станции и водовода, снабжающего треть города холодной водой. Наимов и его окружение присвоили себе…
— Кто первый дал наводку? — спросил редактор. — Без имён, важен контекст. Водоканал, администрация, подрядчик?
Лида замялась на секунду и сказала:
— Источники раскрывать не буду, но тему нашла случайно, один из работников водоканала проговорился, и я начала копать, как вы учили.
Самохвалов кивнул и продолжил:
— Документы, которые «вяжут» Наимова с предполагаемыми хищениями, есть? Акты, договоры, платёжки, переписки?
— Множество косвенных улик, десять актов о приёмке фиктивных работ подрядчиков, завышенные сметы, тендеры, в которых побеждают только нужные фирмы, интервью людей…
— Лидочка, молодец, всё чётко, по полочкам. Ещё одно великолепное журналистское расследование. Только вот беда, я не приказывал его вести.
— Что вас смущает? Я уже делала материал о продаже мест в предвыборных списках партии «Единства», коррупции в ближнем кругу старого мэра и проблемах в ЖКХ.
Редактор откинулся в кресле, сцепил руки на животе. Улыбка ушла, голос упал до шёпота.
— Ты знаешь, что владелец «Магистраль-Сервиса» из партии нашего спонсора «Свобода». Хочешь лишить редакцию финансирования и превратить нас в нищий портал?
— Это черновой материал, вы уберёте рекламодателей и, как обычно, сгладите углы. Ещё что не так? — Лида сцепила пальцы на столе и наклонилась вперёд.
— Источники анонимные. Все, кого ты заденешь, подадут иск за клевету. Нам придётся либо раскрывать источники, либо платить, либо выкручиваться.
— Вы три года учили меня не бояться говорить правду, чтобы теперь пугать судами? Ваши слова: «Журналистика не может молчать. Это её главная добродетель и грех», — ответила Лида, нахмурившись, губы сжались в полоску.
— Я много кого цитировал. — Самохвалов махнул рукой. — Дело серьёзное, тут не до пафосных речей. Директор водоканала, Наимов, не сам по себе. У него много покровителей. Начнут нас травить проверками и полоскать в провластном «Загорском вестнике».
Черных сидела прямо, ровно, подбородок чуть приподнят. Зубы сжаты, взгляд перед собой. Девушка вздохнула, задержала дыхание на миг, сжала кулаки и ответила: