Ещё две секунды — и я не только вижу эту балку, но ещё и ощущаю. Она пробила также и моё право плечо. Чёрная кровь медленно вытекает наружу, и боль внутри меня разгорается — спокойно, цепко и кошмарно. Это… это действительно больно.
И это не просто боль в конечности — сколь угодно сильная. То ли по привкусу чёрной крови во рту, то ли по каким-то внутренним ощущениям я понимаю: пробито лёгкое, балка прошла наискосок. Возможно, лёгкое пробила не она сама, а осколки рёбер… мне всё равно. Слишком больно.
Повернув голову налево, я вижу, что Усатому повезло больше. Его подушка цела, разве что чуть-чуть придавила его. Матерясь тихим шёпотом, он пытается выбраться через дверь.
Куда, сука. Стоять. Бросив пистолет, я хватаюсь за балку — и вырываю её из своего плеча. С мясом, в буквальном смысле слова. Пара секунд оглушительной боли — а затем я шатаюсь влево и хватаю Усатого за ногу. Потеряв равновесие, тот падает; теперь его передняя половина тела — снаружи, а задняя ещё в машине. На то, чтобы встать, ему потребуется время, которого у него нет.
— Нет!!! — судя по воплю, он прекрасно это понимает. — Пожалуйста, нет, не так!
Извиваясь, точно уж, он переворачивается с живота на спину, пытается вырвать свою ногу из моего захвата, но я держу крепко — на удивление крепко для серьёзно раненного парня, к тому же, сильно моложе его.
— Нет!
Наши взгляды встречаются. Он замолкает.
Что бы могло произойти за неделю, способное толкнуть меня на убийство?
Меня наконец осеняет.
Я же говорил, что люблю жизнь?
* * *
Выбравшись, я стащил с трупа Усатого ботинки. Хотя бы их — остальное слишком испачкано чёрной жижей, которой теперь сочилось его обмякшее тело. Надев обувь, я кинул взгляд на разбитую машину.
Рядом — какое-то поле, обнесённое забором. Никого нет — а значит самое время присесть и досмотреть вторую часть видео, перед тем как решать, что делать дальше.
Я снова запускаю ролик.
«—…с его е*учими усами, — завершаю мысль я-прошлый. —Если я не забыл пополнить интернет, то это видео ты должен увидеть ещё до встречи с ним. »
Идиот.
«—Забери у него документы, — запоздало инструктирую я сам себя — видимо, о пригласительном, так? —Но ни в коем случае не садись к нему в машину. Выдумай любую причину, по которой не хочешь или не можешь поехать с ним. Он не станет усаживать тебя силой. Ну, а что делать с ним самим — решишь сам, потом. »
Ну, что же — для этого уже поздно.
«—Знаю-знаю, ты захочешь ответы сразу. Знаю, потому что я бы захотел. Но поверь самому себе — такое дерьмо лучше глотать чайными ложками. »
В чём-то я с собой согласен. Уже одного того, что свалилось на меня с момента пробуждения, более чем достаточно.
«—Кстати, за эту неделю мы открыли в себе много нового. Не пугайся, когда будешь смотреть следующие видео, я старался сделать их повеселее. Они должны объяснить тебе, что происходит и что ты теперь умеешь.»
Это? Он это называет «повеселее»? А это точно я, а не кто-то, загримированный под меня?
«—А пока, — подытожил я с видео, —Езжай по следующему адресу. Улица Объединения, 397-а. Мне завидно, что для тебя теперь эти слова ничего не значат. »