Стоит рассуждать рационально. Они такие же «люди», как и все остальные вокруг. Да мало ли зачем они тут появились? Может, решили заказать стройматериалы. С другой стороны здания как раз этим занимается фирма — поставляет клиентам большие партии труб, бруса и досок.
Однако мою внутреннюю волчицу такое объяснение успокаивает мало. Сердце вдруг начинает колотиться так, что готово выскочить из груди, а пульс подскакивает до невероятных значений.
Резко вставляю ключ в замок зажигания, вот только провернуть его получается не с первого раза. Руки трясутся, а внутренний дисбаланс не позволяет успокоиться.
Кажется, в эту минуту я похожа на идиотку, которая паникует посреди ясного дня на людной парковке без видимых на то причин.
Наконец мне удаётся справиться с грёбаным ключом. Машина в этот раз меня не подводит, тут же издавая чистый рычащий звук — словно чувствует моё состояние, близкое к панике.
Выруливаю с территории парковки — и в стекле заднего вида вижу, что тонированный джип, в котором как минимум трое или четверо крепких волков, следует за мной, встраиваясь в поток сигналящих друг другу машин. Ещё немного — и где‑нибудь впереди соберётся пробка.
Хотя я и стараюсь думать, что всё это глупости и совпадение, но мою волчицу не обмануть. Она чувствует опасность. Словно флюиды чьей‑то враждебности достигают меня даже здесь, прямо через закрытые окна моей машины.
А причина есть. И она веская. Ровно через пару дней после того, как я попыталась помочь Берте возле своего подъезда, на известном видеохостинге мне попался ролик с моим грёбаным участием. Там видно всё: и то, как я применила силу в попытке помочь дворняге.
Под тем видео собралось немало комментариев в стиле «круто», «что за нейросеть?» и самый популярный и банальный — «Это ИИ». О‑о‑о, я была бы рада, если бы это было так. Никто из просмотревших ролик, конечно же, не поверит в увиденное, вот только мне от этого не легче: если оно попадётся на глаза любому из оборотней — как моей, так и чужой стаи, — то мне вынесут смертный приговор. Слишком высокая цена за спасение дворняги.
Кажется, моя мать сотню раз говорила, что для волчицы я слишком мягкосердечна. Это ещё один недостаток, который она видела во мне всегда — с самого моего детства. То, что я не могу обращаться, стало последней каплей.
4
Влад
— Очнулась, куколка?
Вижу, как девчонка слегка приоткрывает глаза, трепеща длинными густыми ресницами, но затем закрывает их вновь. Твою мать! На хрена было так сильно её усыплять? Придурки.
Парни притащили её с час назад, а она так до сих пор и не очухалась. Они ещё и псину какую‑то дворовую притащили вместе с ней. Ну точно придурки!
Пришлось распорядиться запереть скулящую от ужаса собаку в вольере — так сказать, до выяснения всех обстоятельств. Собаки нас не выносят. Чуют волка внутри.
И от этого мне эта девчонка ещё интересней. Точёная фигурка и округлые формы заставляют моего волка натурально дуреть, а то, что она, как я и предполагал, оказалась волчицей, только добавляет её облику загадки.
Что она за волчица такая, к которой дворовые псы льнут?