— А ночью?
— Ночью наши совы работают. Маги-сумеречники, которые видят в темноте как днем. Они и бомбят, и разведку ведут, и корректируют огонь. Немцы уже боятся выходить из укрытий после захода солнца.
Император медленно выпустил дым в потолок.
— И где сейчас линия фронта?
Васильчиков развернул на столе другую карту — детальную, с карандашными пометками и кляксами от кофе. Ткнул пальцем в район между Одером и Шпрее.
— Вот здесь. Передовые части Первой и Второй армий вышли на рубеж Франкфурт-на-Одере — Котбус. Впереди — Берлин. Сто пятьдесят километров. Меньше, чем от Петербурга до Гатчины.
— А кайзер? Фридрих Третий — он еще там?
— Там. По нашим данным — в подземном бункере под Берлинским дворцом. С ним — его магическая гвардия, около двух тысяч отборных магов-универсалов. И личный телохранитель — архимагистр, не знаю, как его точно называют. Враги прозвали «Железный Генрих». Говорят, он может останавливать артиллерийские снаряды взглядом.
— Взглядом? — император усмехнулся. — Ну-ну. Посмотрим, как он остановит удар «Царь-пушки» в упор.
— Возможно, но не стоит недооценивать. Кайзер отчаянно сопротивляется. Он бросает в бой все новые и новые силы. Уже призвали семнадцатилетних мальчишек и магов-пенсионеров. Вчера взяли в плен старика, который учился вместе с вашим дедом. С трясущимися руками, а пытался поднять щит.
— Жалко их? — спросил император без жестокости, скорее с усталым любопытством.
— Жалко, Ваше Величество. Но война есть война.
— Да. Ладно. Что с американцами? Без них Фридрих уже неделю как сдался бы.
Васильчиков перевернул еще несколько страниц, достал расшифровку перехваченной магической радиограммы.
— Президент Мэтью Картер не собирается отступать. Он уже перебросил в Европу около ста пятидесяти тысяч солдат. В основном — свежие части, необстрелянные, но с современными магическими винтовками и артефактами-ускорителями. Их маги работают по другой школе — не стихийной, а технологической. Как бы «магия через приборы». Вольтметры, осциллографы, настройка частот. И это при том, что они на весь мир кричат, как этих самих магов ненавидят и презирают.
— И что, это работает?
— С переменным успехом. На ближней дистанции их операторы беспомощны — пока прибор настроят, наш огневик уже испепелит взвод. Но на дальней — они опасны. У них есть дальнобойные установки, которые могут пробивать наши щиты с сорока километров. Мы потеряли два бронепоезда и три батареи из-за таких внезапных ударов.
Император положил папиросу в пепельницу, где она зашипела, соприкоснувшись с мокрым фильтром.
— И что они сейчас делают? Где главные силы американцев?
— Основная группировка сосредоточена в районе Лейпцига. Там идут тяжелые бои. Пятого мая наши танковые клинья попытались обойти город с севера, но наткнулись на американскую засаду. Потеряли шестьдесят машин. Маги-артефакторы сказали, что броня была пробита чем-то вроде кислотообразующих заклинаний — металл просто стекал внутрь экипажа.
Владимир Николаевич поморщился.
— Картер — умная сволочь. Он не лезет в драку напрямую, а ставит хитрые ловушки. И кайзер это знает. Фридрих надеется, что американцы переломят ситуацию. Что они введут свои основные силы, прижмут нас к Днепру или еще куда.