Пока я размышлял над тем, как буду ходить с шашкой и жезлом по проклятой земле, что лучше спрятать в артефакт, на строевой смотр явились волчата, одетые в новую дорогую форму и щеголявшие однообразной добротной защитой.
— Ну и броня! Деев! Ты не мог одеться поприличнее? — произнёс Николай, оглядывая меня презрительным взглядом. Парень явно очень тяжело пережил проигрыш постороннему, которого ещё недавно постоянно выигрывал.
Этот вопрос услышали, казалось, все ходоки. Игнат Владимирович только хотел было что-то сказать, предотвратить очередной конфликт в отряде, но Яков, стоящий рядом, аккуратно взял его за локоть и покачал головой.
Отметив про себя этот факт, я нейтральным тоном произнёс:
— А мы что, собираемся на бал? Не знал, что должен впечатлять нежить своей новой формой, дымчатыми пластинами и открахмаленным воротничком.
Говорить о том, что во всём этом я не раз ходил в проклятые земли, не стал. Полагал, что уж своих волчат, являющихся очень сильными индивидуальными бойцами, Яков точно водил за стену, а значит, этот аргумент несостоятелен.
— При чём здесь это? — прошипел парень. — Я про твою защиту! Этот стыд никуда не годится!
— Не то, что на тебе, — согласился с ним я. — Неплохо выглядит. Рад, что у Ратмира Богдановича есть деньги, чтобы как следует экипировать внука.
Услышав намёк на авторитетного родственника, Коля покраснел, а Олег поспешил вмешаться:
— Вообще-то доспехи куплены на наши деньги! С долей отложенных с походов!
— А мне до этого какое дело? Купили и купили, — пожал плечами я.
— Вот именно! — прошипел Николай. — Не лезь не в свои дела!
— Последую совету, — послушно согласился я и жёстко добавил: — Но и тебе предлагаю его придерживаться! Это не твоё дело, в чём именно ходок отправляется в проклятые земли!
— Ты не ходок! — отрезал парень.
— Ты меня услышал, — ответил я и отвернулся. — Не желаю тратить время попусту.
— Так! Что там за разговоры⁈ — вдруг прервал нас грозный вопрос Якова. — Живо разложились! Скоро строевой смотр начнётся, а вы всё никак не наговоритесь!
Волчата покраснели от гнева, но подчинились, а я заметил в глазах наставника довольную улыбку. Или он хочет нас стравить, или просто рад, что с его зазнавшихся учеников кто-то сбивает спесь. Скоро узнаем.
После нас осмотрел командир отряда, а за ним и основные проверяющие лица. Ратмир Богданович, а также Аркадий Иванович Сурский — сухой, подтянутый мужчина с коротким ёжиком седых волос и ничего не выражающим взглядом. Это был новый для меня человек, оказавшийся начальником штаба секции и планирующий боевые действия согласно современной военной теории.
Последнее, признаюсь, оказалось для меня откровением. Почему-то думал, что ходоки придут в указанный квадрат, вырежут всех и вернутся, а тут всё как-то слишком забюрократизировано. Вон, у Игната Владимировича даже командирскую сумку проверили и ручки в ней.
Последним к проверке присоединился знакомый мне старик-целитель, который крайне придирчиво осмотрел все перевязочные и индивидуальные пакеты, а также собранные бойцами зелья. Помимо этого, у всех без исключения проверяли чистоту и заточку оружия, наличие артефактов и их заполненность. Остальное, типа грязных берцев и выцветшего обмундирования, вообще никого не интересовало. Все были сосредоточены на деле, а не на мелочах. Поэтому группа проверяющих достаточно быстро дошла до подмастерьев, меня и волчат. Нас, в отличие от опытных ходоков, проверяли с большим интересом.